В плане личной гигиены я пока спасалась летним душем, который в погожие дни вполне прилично нагревался на солнце. В непогожие — бегала с вёдрами по направлению бани. Опять-таки предпочитая не думать о том, что будет осенью, а тем более зимой. К тому, чтобы растапливать баню, я была морально не готова.
По-хорошему, нужно было опустошить Нечаевскую карту, пустив средства на капитальный ремонт, но мне так и не хватило ни наглости, ни смелости.
А может быть, просто это всё было не так важно. После пережитого потребность в комфорте будто бы отошла на второй план.
Я ведь сюда и приехала-то в поиске ответов на свои вопросы, главный из которых — куда мне двигаться? В городе эти мысли терзали меня каждую свободную минуту, здесь же, на краю света, предаваться унынию мне было некогда, нужно было… выживать.
Наконец-то зазвонил будильник, возвещая о наступлении нового рабочего дня. Тяжко вздохнув, я вылезла из-под одеяла и, сунув ноги в тапки, побрела на кухню кипятить воду.
***
К счастью, в отличие от моего забытого богом домика, местный ФАП мог похвастаться новеньким ремонтом.
Небольшое одноэтажное строение было обшито сайдингом и имело пластиковые окна и двери, спасавшие внутренние помещения от любых погодных невзгод.
Специальность фельдшера я получила ещё в университете, просто потому, что… была такая возможность. Первая рабочая специальность, первые деньги, когда в особо тяжёлые и безденежные времена я брала смены на скорой. Даже потом, уйдя с головой в педиатрию, всё равно каждые пять лет подтверждала фельдшерскую квалификацию, даже когда особой нужды в этом не было.
Учиться я любила, искренне веря в то, что лишних знаний не бывает. Кто бы мог подумать, что благодаря своему занудству и подлым инсинуациям со стороны судьбы, я переобуюсь столь кардинально.
Впрочем, местному населению было глубоко фиолетово, кто я там по диплому, ко мне шли со всем на свете — от простого насморка до глубоких ранений и отрезанных пальцев. Клянусь, когда на второй день моего пребывания здесь мне привели в дупель пьяного деда с замотанной грязной окровавленной тряпкой правой рукой, категорически отказывавшегося ехать в районную больницу, я почти поседела.
— Вам в больницу надо, — убеждала я деда, который по пьяни отрезал себе болгаркой часть пальца. — У вас серьёзная кровопотеря, нужно хирургическое вмешательство. Срочно!
— Дочка, — еле ворочая языком, покачал головой мужчина, — я и так в больнице…
— Это фельдшерский пункт!
— Ты доктор?
— Фельдшер!
— Вот и лечи.
