А мне Пашу пристроить надо, я не могу его на Сергея оставить. Тот его со свету сживёт.
— Куда пристроить? — её слова звучали как самый настоящий бред. — Здесь? На краю света?
— Да, здесь!
— Объясни, я не понимаю.
— Потому что это не твоё дело.
— Юль…
— Нет! Уходи!
— Но…
— Уходи!
В моей жизни бывали разные пациенты, и я умела общаться с самыми строптивыми, но тут шок от открывшейся правды вышел слишком сильным, и я попросту не смогла устоять перед чужим сопротивлением. Развернулась и едва ли не бегом отправилась в сторону дома.
Слёзы обиды застилали глаза, и, не видя ничего на своём пути, я вдруг врезалась во что-то твёрдое. Твёрдым оказался шаман.
— Тс-с-с-с, — привычно мягко шепнул Боржан, — спокойствие, только спокойствие.
***
Итак, это был мой второй визит в гости за этот вечер.
Я сидела в шаманском доме, обхватив себя за колени, и волком смотрела на хозяев.
Яна пыталась сочувственно гладить меня по спине, но я всё время отстранялась, мечтая лишь об одном: прибить её мужа, который вот уже минут пять пытался мне доказать, что выбор Юли — только её дело.
— Но сейчас и не такое лечится! — не удержалась я, вскочив на ноги и чуть не зацепив Янжин рукой.
— Лечится, — ничуть не смутился бурят. — Вот только ни ты, ни я не способны ей в этом помочь.
— То есть ты здесь свои окультные фокусы с научной медициной в один ряд ставишь?! Совсем, что ли… — заругалась я, но шаман в который раз пропустил мои выпады мимо ушей.
— Дело не в том, во что верю я, — терпеливо пояснил Борис, чем ещё сильнее взбесил меня.
— А во что верит Юля.
— А во что она верит?! Она, дура, помирать собралась. Хоть бы пальцем пошевелила…
— Вот именно! Чему вас в первую очередь в ваших мединститутах учат?
— Чему? — глупо переспросила, хаотично вспоминая, что нам там говорили на первом курсе.
— Что, если пациент не хочет жить, медицина бессильна.
Я нервно захохотала.
— Не делай из неё суицидницу. Для неё это слишком сложно, для этого нужны мозги… А у неё их, судя по всему, нет!
— Мне так не показалось.
— Это потому, что ты сам ни хрена не видишь. Привык напускать туман загадочности и пыль в глаза бросать!
Ругалась я ещё долго, вымещая на мужчине злость на весь этот мир. Умудрилась даже разбудить младшего из шаманских отпрысков. Янжин печально вздохнула и убежала успокаивать сына.
Я же обречённо упала на стул и как-то совсем по-детски попросила:
— Сделай что-нибудь.
— Что?
— Не знаю.
