— Ох уж эти фрукты, которые трогал неизвестно кто, — вздохнула я после того, как у Доминики начался очередной приступ рвоты. Я придерживала её голову над лотком и следила за тем, чтобы она не подавилась рвотной массой. — Родителям дозвонились? — обратилась к Кате.
— Да, но только в ближайшие пару часов никто из них не сможет приехать. Сказали, чтобы вы делали всё, что считаете нужным, они вам доверяют.
— Кабздец, — заключила я и решила, — давайте скорую вызывать."
"У садика был заключён договор на медицинское обслуживание с частным медицинским центром, поэтому за нами приехали быстро.
На ходу отчитавшись о ситуации Надежде Семёновне, уехала вместе с Доминикой. В больнице провела около пяти часов, за это время моя подопечная успела пережить промывание желудка и капельницу, а я — исчерпать имевшиеся в арсенале слова поддержки.
После всех медицинских процедур Доминка смахивала на сдувшийся воздушный шарик, но выворачивать на изнанку её перестало. Теперь требовалось только дождаться появления её родителей, что те и сделали спустя несколько часов.
Особых благодарностей я не получила. Не то чтобы ждала, но вдруг осознала для себя, что для определённой категории людей я находилась на уровне обслуги. Это заметно отличалось от отношения в областной — там я в первую очередь была врачом, а здесь так… работник детского сада, пусть и элитного.
Сдав девочку на руки родителям, я вышла на улицу и отзвонилась Надежде Семёновне, что все живы.
— Слава богу, — порадовалась она, — вы, наверное, устали, но, Нин, заедьте обратно в сад, мы с вами важное дело на сегодня не закрыли.
Возвращалась на такси на такси, которое словно специально собрало все пробки. Рабочий день подошёл к концу, но хозяйка нашего садика стойко дожидалась меня в своём кабинете.
— Присаживайтесь, — кивнула она на стул перед её столом. Ей было хорошо за пятьдесят, но об этом вряд ли кто-то догадывался с первого взгляда — фигура, стиль, стать… Нет, она не молодилась, но определённо умела стареть красиво. — Прошу прощения, что задерживаю в нерабочее время, но вопрос действительно серьёзный.
Я понимающе кивнула головой, мысленно подобравшись. Не знаю, к чему именно готовилась, но вопрос меня удивил:
— Вы что-нибудь знаете о тетраде Фалло?
— Э-э-э… да, конечно. Я не кардиолог, но основы знаю. Врожденный порок сердца, состоящий из четырех компонентов: смещение аорты, инфундибулярный стеноз…
— Да-да, — перебила меня собеседница, — я не сомневаюсь в вашей компетентности.
