Она сплела их пальцы, ощущая исходившее от мужчины тепло, и так захотелось, чтоб немногие посетители ресторана исчезли, оставляя их одних, хоть те и находились на значительном отдалении.
— Но, это лишь одна из причин, по которым я пригласил тебя сюда, — продолжил говорить Михаил.
— Ты расскажешь мне? — тихо спросила Наталья, глядя на него большими глазами.
— Да.
Его пальцы, пусть и сильнее, но бережно сжали её ладонь, словно Михаил боялся, что она может сбежать.
— Я скучаю по тебе, даже когда ты рядом.
Как бы странно это ни звучало.
— Я всегда рядом, Миш, — едва слышно отозвалась Наталья.
— Но не так, как мне хотелось бы, — качнув головой, ответил он.
Михаил сделал паузу, и вздохнул, словно это помогло бы ему высказать то, что хотел. Он никогда так не волновался в присутствии женщины, и это было для него более чем неожиданно теперь. Его удивительна девушка — фейерверк…
— Я люблю тебя, Наташ…
Сердце в её груди часто забилось, и Наталья тихо вздохнула, глядя на Михаила.
Глаза предательски увлажнились, и она едва не вздумала вытереть их, вовремя вспоминая, что макияжу пришёл бы конец.
— Миш…
— Я знаю, что не должен. Наверняка не должен… но эгоистично люблю. Ты позволишь мне заботиться о тебе, позволишь доказать то, что я чувствую?
Михаил потянулся к пиджаку и, не сводя с неё серого взгляда, достал небольшую коробочку, перевязанную белоснежной лентой. Не догадаться о её содержимом было сложно.
Наталья затаила дыхание, когда Громов открыл подарок и повернул голубую коробочку к ней. Кольцо сверкнуло, благодаря вечернему освещению, и происходящее вовсе показалось девушке нереальным. Неужели это могло быть правдой? Неужели он и в самом деле решил сказать ЭТО?!
Мысли вихрем неслись в разгорячённой голове Натальи, а лица вновь коснулся предательский румянец смущения. Наверняка она слишком самонадеянна, и это просто подарок… наверняка так и есть…
— Ты выйдешь за меня, Наташ? — спросил Громов, внезапно охрипшим голосом.
Она хотела ответить, и даже показалось, что сделала это, но на самом деле просто молчала, прижимая обе ладони к груди, успокаивая бедное сердце. Михаил так же взволновано замолчал, ожидая её реакции, и боясь, что окончательно напугал своим заявлением.
— Я опять сплю, да?.. — пролепетала Наталья.
— Тебя ущипнуть? — приподнял бровь Михаил.
