— Ты уверена, что не ошиблась номером, Анна? — усмехнулся Михаил и принялся сосредоточенно выравнивать кресла, пододвигая их к столу, — что-то не припомню, чтоб нам прежде приходилось «болтать».
— Может, и остальное не припомнишь? — хмыкнула женщина, — похоже, стоит освежить твою память, Громов.
Он только кинул взгляд на коридор, замечая стоящую с подносом Наталью, и поманил к себе, видя, что гостья не решалась войти.
— Мне жаль, что твои планы были разрушены чем-то неизвестным, но я точно не буду ближайшее время в городе…
— Михаил, — настойчиво перебила его Анна, — я понимаю, что сегодня ты, возможно, не в настроении, но увидимся на днях?
Наталья бесшумно вошла в гостиную, не желая мешать ему говорить, и понимая при этом, что превратилась в сам слух.
С кем говорил Михаил? Явно с какой-то женщиной… от волнения она едва не упустила поднос, но хозяин дома так ловко подхватил его, роняя при этом на пол телефон, что оставалось только ахнуть и замереть, глядя на него. Михаил усмехнулся, поставил поднос на стол, и только потом наклонился за мобильником, несчастно валявшимся на ковре.
— Осторожнее, не хочу, чтоб ты поранилась, — он подмигнул девушке, вызывая у неё смущённую улыбку, и вернулся к разговору с незнакомкой.
Наталья мысленно зарычала, желая в эту минуту, чтоб мобильник вновь свалился на пол, и в этот раз непременно развалился на кучу запчастей. Но пришлось расставлять тарелки и поглядывать на хозяина дома, который отошёл к передней застеклённой стене, не желая ей мешать. Девушка расстроенно поджала губы.
И кем была для Громова звонившая женщина? Судя по разговору, они были давно знакомы, и что ещё грустнее, Наталья поняла, что отношения их явно выходили за пределы деловых, и даже просто дружеских.
Бывшая любовница? Или бывшая жена? Что страшнее, она не могла решить в этот момент. Михаил устало повёл плечами под тонкой рубашкой, и девушка склонила голову набок, прижимая к себе деревянный поднос.
— Ты возомнила себе, что имеешь право ревновать? — тихо пробормотала Наталья, — твоё воображение, Уварова, играет с тобой скверную шутку…
Глава 17
Он немного отклонился, сидя на стуле, и посмотрел через приоткрытые шторы во двор.
Белым-бело… Снег шёл уже тише, плавно кружился, укрывая дом пушистым сверкающим покрывалом.
— Завтра нужно вновь браться за лопату… — усмехнулся Громов.
А затем и возвращаться в город, к делам и обычной каждодневной круговерти. Все блёстки сегодняшнего дня сотрутся, оставляя лишь некое пьянящее послевкусие.
