Холодный пот струился по спине, а руки тряслись, как у алкоголички
Вот и откат. А с ним и жуткое осознание того, что я натворила.
Я — конченая кретинка. Идиотка, не способная контролировать свои порывы. Думала, что переболела, ушла с темной стороны и больше не вернусь. Как бы не так.
Тьма всегда в нас, таится в потаенных уголках, ожидая шанса вырваться наружу.
— Оль, я домой, — нашла подругу, которая стояла рядом с какой-то девушкой."
"— Аня, ну ты дала! Я чуть с ума не сошла, когда ты за руль села, — она проигнорировала мои слова, — где ты научилась так гонять? Все наши охренели!
— В прошлой жизни, — ответила сдержано, — я еду домой.
Ты со мной?
— Тут так весело… — она сконфуженно улыбнулась.
— То есть ты остаешься?
Она испуганно огляделась по сторонам.
— Ань…
— Не оправдывайся. Я не собираюсь обижаться. Мне надо домой. Если ты встретила хороших знакомых и уверена, что все будет хорошо — оставайся.
— Ты точно не обидишься? — она выглядела одновременно несчастной и какой-то радостно возбужденной.
— Точно. Ты остаешься?
— Да. Прости.
— Без проблем, — кивнула, признавая ее ответ, и облегченно выдохнула.
Мне хотелось побыть одной, и не было никакого желания общаться и выслушивать вопросы, на которые все равно не дам ответов.
Такси по-прежнему не торопилось приезжать, но больше ждать я не могла. Меня разрывало изнутри. От боли, от жгучего желания придушить саму себя. Что же я натворила? Почему села за этот гребаный руль, открыв тем самым ящик Пандоры?
Это все Мерз, сука.
Из-за него, из-за ревности в очередной раз голову потеряла. Все из-за него.
Воспользовавшись тем, что на меня никто не смотрит, скользнула мимо машин, скрываясь за высокими пикапами, стоящими по краю, и торопливо пошла в сторону города. Мне предстоял долгий путь.
Постепенно шум голосов и музыка стихали, и я смогла благополучно добраться до поворота. Откат настиг по полной. Адреналин схлынул, оставляя за собой лишь осознание собственной глупости. Что же я наделала?
Мне нельзя было садиться в машину.
Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Никто не должен был знать о моей болезни. Я сбежала из Москвы, чтобы оказаться подальше от всего этого. И что в итоге? Снова вляпалась по уши, показав себя во всей красе.
Дура.
В горле пересохло, а по щекам побежали ядовитые слезы. Я размазывала их пальцами по коже, но никак не могла успокоиться. Мне было страшно и муторно до такой степени, что была готова лечь под ближайшей березой и сдохнуть.
