Пари (СИ)

Но у меня просто нет выхода! Во всем этом огромном городе, где миллионы квартир и тысячи предложений аренды, квартир, которые я могу себе позволить просто нет!

Я провела ревизию своих средство, выпотрошила все карманы и все закрома, сгребла даже мелочь, которую раньше просто горстями отдавала попрошайкам на улицах, и оказалось, что я не могу позволить себе вообще ничего! Когда в этом проклятом мире так подскочили цены, что теперь за три пять тысяч в месяц можно позволить себе разве что старый продавленный диван, рыбок в «стенке» и в довесок — кровожадное чудовище, маскирующееся под кота?

— Тут такое дело, — хозяин хочет погладит монстра еще раз, но тот недовольно шипит и прижимает уши.

 — Все, понял, не лезу. В общем, раньше у него была семья. Жили как раз подо мной, этажом ниже. И вроде люди порядочные-то на вид — двое детей, всегда везде вместе, да и зарабатывали как будто тоже неплохо. А потом в один день просто выехали, а кота потом наш Васька нашел — бомж мусорный. Эти изверги его в коробке на мусорку вынесли, еще и коробку скотчем перемотали, чтобы вылезти не мог.

— Ваську? — переспрашиваю я.

— Да нет же, — снова смеется мужик, — кота. Видать, чтобы не бежал за ними.

Честно говоря, если бы у меня был скотч, я бы тоже примотала куда-то эту зверюгу, потому что только так, кажется, от нее и можно уйти целой и невредимой.

— Вот он с тех пор тут и живет, — продолжает историю хозяин, а кот, как ни в чем не бывало, устраивает поудобнее свой лохматый зад и начинает умываться. — Мы все понемногу его подкармливаем, когда холодает или там дождь — пускаем в подъезд погреться.

— Но он был на балконе! — Я просто в ужасе от того, что это животное не только агрессивное, но еще и ведет себя так, будто держит в заложниках весь дом. Или я пропустила какой-то очередной виток эволюции и за это время коты научились летать?

— А, так я вам покажу!

Он машет рукой, предлагая идти за ним, но как только я делаю шаг, черное чудовище перестает намыливать себя лапок и снова смотрит на меня с опасным прищуром.

Мои ноги моментально врастают в пол.

— Да вы не бойтесь, он не тронет. Пойдем, покажу как тут чего.

Последний раз, когда я слышала фразу «не бойся, он не тронет», мне было десять и это закончилось шестью швами на лодыжке и порцией уколов от бешенства. Я до сих пор извожу литры тональника, чтобы хоть как-то спрятать этот безобразный шрам.

— Да пойдем, ну чего ты как маленькая. — Мужик прорывается ко мне, спокойно отодвигает кота ногой и подталкивает идти за ним.