Пария

Потом шею сжали и сознание погасло. Когда я немного пришла в себя, мы куда-то ехали в карете. Руки были связаны, я полулежала на твердой кушетке, в голове мутилось, тошнота подступала к горлу. Хотела повернуть голову и посмотреть с кем еду, но карета дернулась, я ударилась виском и опять отключилась.

Второй раз очнулась, когда мы уже стояли. У дверей кареты разговаривали двое. Бабушка и… я похолодела. Голос Велира Хорна я узнаю где угодно. Я сцепила зубы, чтобы не завыть от раздирающей душу боли. Опять предательство, и от кого? От самого близкого человека!

– Теперь, надеюсь, я получу назад свой титул?

– Не сомневайтесь, ария Брианна Торн, – вкрадчиво произнес судья, – сегодня же подпишу бумаги.

Ария Торн? Она возвратила девичий титул? Конечно, возвращать титул Креям никто не собирается.

– Тогда, прощайте, – стук каблуков удалялся, вместе с ним и моя последняя надежда на спасение. Какое уж тут спасение, если для бабушки титул дороже внучки.

Дверца кареты отворилась, я сделала вид, что еще нахожусь без сознания.

– Несите в красную комнату, – в повелительном голосе судьи я различила предвкушение, – я вскоре подойду.

Я немного приоткрыла глаза. Меня нес крепкий мускулистый мужчина, из-за широкой груди, в которую упиралось мое лицо, почти ничего не было видно, лишь мелькала зелень кустов и деревьев, затем проем двери и вот мы поднимаемся по лестнице. Сзади шел еще кто-то, значит, мужчина не один. Вряд ли я с ними всеми справлюсь, зная лишь формулу раскаленных пуговиц, решетки и ножа.

Меня внесли в комнату и аккуратно положили на кровать. Я чуть приоткрыла глаза. Комната, действительно, отсвечивала красным. То ли красные шторы, то ли обои, то ли все вместе – это придавало ей этакий угрожающе кровавый вид.

– Просыпайся, красавица, – а вот и судья пожаловал. Я окаменела, сильнее зажмурив глаза, – я знаю, что ты не спишь, Дениза. Не хотелось бы пока применять другие методы для подъема. Пощечины, например.

Я тут же села прямо, сжав кулаки, намереваясь защищаться хотя бы так, голыми руками.

– Эта женщина, действительно была моей бабушкой? Или она обманула меня даже в этом? – я предполагала, что меня ждет, поэтому задавать вопросы «Зачем вы меня похитили?» или «Где я, и что со мной будет?» было бессмысленно. А этот вопрос меня волновал.