Пария

Как бы там ни было, я порадовалась за них. Я следила за громкими делами Зоргов в королевстве. Где-то они прорыли тоннель в скале, чтобы построить дорогу в горные деревушки. Где-то выровняли каменистую пустошь, где-то изменили береговую линию в бухте так, чтобы кораблям было удобнее заплывать. Нечасто, но мы обменивались с Дарием письмами. Увы, легкость в общении прошла. Он коротко описывал, чем занимается, я в основном рассказывала об учебе и своих достижениях в магии. Не жаловалась и не писала о своих проблемах с судьей.

Постоянная зубрежка и в будни, и в выходные выматывала, я скучала по общению, работе в кузнице, особенно в те дни, когда Эдвард куда-то пропадал. Мои прогулки ограничивались периметром забора школы. И почему-то всегда, проходя мимо хозяйственных построек, я вспоминала младшего Хорна. Его хриплый шепот, проникающий под кожу, заставляющий сладко замирать сердце, губы на расстоянии вздоха, сильные руки, прижимающие к груди, уносящие прочь из особняка его отца.

Я слишком часто стала о нем думать, это пугало.

Он пустышка, балабол, папенькин сынок, привыкший к роскоши, вседозволенности, всеобщему поклонению. Да, он спас меня, но лишь потому, что сам хотел сделать меня любовницей. Об этом я мысленно твердила, случайно сталкиваясь с ним в коридорах школы, пытаясь заглушить в себе теплую волну признательности, которая непроизвольно охватывала меня, а еще… Странное чувство близости, возникшее в сердце из ниоткуда.

– Что у тебя с младшим Хорном? – однажды спросил Эдвард за обедом.

Я удивленно подняла голову. – Торус не отрывает от тебя взгляд, как только ты вошла в столовую. И это не в первый раз.

Я с трудом подавила желание повернуться и посмотреть. Проверить, так ли это. Сообразив, что ложь наследник почувствует сразу, решила сказать правду. Да и не смогла бы я врать единственному другу.

– Он предложил стать его любовницей, я отказалась, – равнодушно произнесла и вернулась к супу, краем глаза замечая, как пальцы принца судорожно сжали ложку, так, что побелели фаланги.

Молчание затягивалось. Я подняла голову и вопросительно уставилась на его высочество.

– Если хочешь, я поговорю с ним, – лицо наследника было непроницаемо, но в глазах плескалась злость.

– Не нужно, после отказа он не пристает, – если я и покривила душой, то лишь немного. Плохо лишь то, что он заметил интерес Хорна. А если заметил он, то заметили остальные студенты. Оттана тоже не дура. Ну хоть пакости делать перестала.