Пария

Самое трудное в родовой магии – это работать на расстоянии, особенно тогда, когда не видно предмета воздействия. Для этого нужны сложные расчеты.

Было ужасно интересно. Я подперла щеку ладошкой, слушала Дария и вспоминала, как однажды подглядывала за гостями на балконе. Мне тогда было семь. Бал был в честь дня рождения мамы. Папа подошел к ней, держа в руках золотой слиток. И тут зал замер. Из слитка начал появляться росток, он медленно тянулся в высь, на стебле распускались листики, произрастали маленькие колючки, а затем… Бутон.

Сначала крошечный, он постепенно наливался, разбухал, и вдруг раскрылся золотыми лепестками. В руках у папы была немыслимо прекрасная золотая роза. Зал взорвался овациями. Мама даже заплакала от счастья. Это было настоящее чудо.

На следующий день я расспрашивала папу об этом заклинании. Хотелось самой что-нибудь подобное сделать. Но папа только отмахнулся. Сказал, что оно очень сложное. Нужно было правильно рассчитать размеры цветка, скорость произрастания соизмеримую с весом слитка.

Причем на каждый этап роста были свои собственные слова и расчеты. Очень сложные расчеты. Чтобы сделать этот цветок он просидел две недели за чертежами. Только сейчас я начала понимать истинную суть его работы.

– Какая идиллия! – над нашими головами раздался насмешливый голос, я подняла взгляд и мысленно застонала – к нам пожаловал любимец всех девушек школы, сам арий Торус Хорн.

 – Твоя невеста заждалась, Дарий. Ты отправился на пять минут занести книгу в библиотеку и пропал на полчаса.

– Ой! – хмыкнул маг земли, вытаскивая из-под полы сюртука небольшую брошюру. – Я и забыл про нее. Сейчас сдам.

Дарий встал и поспешил к библиотекарше. А Хорн уселся лицом ко мне и начал бесцеремонно разглядывать, словно выискивая недостатки. Прошелся по верху скромного форменного платья, скользнул по шее, ушам, рукам, естественно, свободным от каких-либо украшений.

Я с трудом подавила желание спрятать ладони под стол. Мои коротко подстриженные ноготки не шли ни в какой сравнение с его ухоженными руками с маникюром.

– Оставь Дария в покое, – вяло растягивая слова произнес он, – если так нужен покровитель, то у меня есть на примете парочка не очень разборчивых парней. Им сгодится и такая, как ты.

На моем лице не дрогнул ни один мускул, но внутри все задрожало от ярости.