Он ни секунды не сомневался в том, что на Большой земле капитану уже приготовили достойную встречу. Правда, у Гладилина имелся козырь:
ему ни в коем случае нельзя было падать. Этот подонок распечатал контейнер и выложил в рюкзак его содержимое – каким бы оно ни было; все считали, что оно весьма опасное и довольно хрупкое. Поэтому снайперы здесь не годились; усыплять капитана тоже не следовало. Только сцапать под белы рученьки, да снять поклажу – вот тогда можно было бы от души и навешать...
Увы, Гладилин не предоставил «Сиренам» такой возможности.
* * *...Остров Коневец уже скрылся из вида, а Большая земля еще не обозначилась, когда капитан приказал стопорить двигатели. Внешне Гладилин тоже сохранял ледяное спокойствие.
По-прежнему удерживая мальчишку-заложника, он приказал Каретникову вызвать вертолет.
– Твою мать! – выругался на это Посейдон. – Как я тебе его вызову? У меня связь не работает.
Он, разумеется, соврал.
– В рубке точно есть связь, – невозмутимо усмехнулся Гладилин, поглаживая мальчишку по щеке стволом пистолета.
«Значит, там ее больше не будет», – подумал Посейдон.
Однако тот без труда прочел его мысли.
– Если и она откажет – прострелю этому дауну руку. Могу обе.
– Все равно ничего не выгорит, – Посейдон говорил уверенно, но внутренней уверенности не ощущал. Этому мерзавцу словно сам дьявол помогал!
– Не твоя забота. Делай, что тебе говорят.
Нарочито медленно, надеясь неизвестно на что, Каретников защелкал тумблерами. И тут, словно по заказу, в небесах раздался мерный рокот: к катеру стремительно приближался вертолет, держа курс прямо на остров.
Не приходилось гадать, откуда он взялся: Коневец наконец-то очнулся от ступора и вышел на связь с материком; вертолет выслали для оценки положения дел.
Ответственные лица, с которыми связался Посейдон, разом пришли в исступление. Посейдон оставил их крики без внимания.
– Прикажите вертолету изменить курс... Террорист желает попасть на борт.
И террорист попал на борт.
Береговые недоумки выслали к острову самую обычную машину, с экипажем в два человека; один рулил, второй вел разведку.
Никакого спецназа, ничего действенного в чрезвычайных условиях.
Вертолет завис над катером, опустился на минимально возможную высоту, выбросил лестницу. Каретникову казалось, что все это происходит не с ним, словно ему снится какой-то дурацкий сон, где творятся нелепости. Как правило, в подобных снах сам сновидец не в состоянии вмешаться и пресечь на корню вопиющий беспредел.
