* * *
– Присаживайтесь, Василий Андреевич, – следователь прокуратуры, невысокий мужчина лет сорока, указал на стул.
Обычный кабинет, каких тысячи. Бездушная канцелярщина: казенная угроза, впитавшаяся в стены.
Мощные Линзы, назвавшие себя и застывшие на пороге, снялись с места.
– Присаживайтесь, в ногах правды нет, – повторил следователь. – Меня зовут Константином Анатольевичем. Очень любезно с вашей стороны так вот сразу прийти. Народ-то нынче пошел несознательный.
Линзы, коротко кивнув и не проронив ни слова, устроились на краешке стула.
Константин Анатольевич мельком взглянул на сидор, который старик и вправду прихватил с собой.
– Собственно говоря, вызывал вас не я, – сообщил Константин Анатольевич, вставая из-за стола с телефоном в руке. – Я здесь хозяин, а побеседовать с вами хочет мой гость. Никита Владимирович! – обратился он к невидимому собеседнику – Да, уже здесь. Милости прошу.
Дверь распахнулась почти мгновенно, как будто названный гость уже некоторое время караулил в коридоре, хотя Мощные Линзы могли поклясться чем угодно: там только что никого не было.
Вошедший субъект был очень высок и угловат, как-то обманчиво нескладен; опытные Линзы, однако, безошибочно угадали в нем гибкого тигра. За свою жизнь они предостаточно насмотрелись на эту публику.
Никита Владимирович, приветствуя, протянул Линзам руку и выказал избыточное радушие.
– Ну, я вас покидаю, – удовлетворенно сказал Константин Анатольевич. – Вы позвоните мне, если что-то понадобится.
– Большое спасибо, – кивнул гость.
– Думаю, мы управимся быстро. С людьми старой закалки, – он подмигнул Линзам, – обычно не возникает проблем.
Он сменил хозяина за столом, положил руки перед собой, сцепил кисти в замок. Константин Анатольевич бесшумно вышел. Никита Владимирович деловито и чуть манерно откашлялся.
– Василий Андреевич, – начал он, – дело у меня к вам чрезвычайно серьезное. Я следователь Генеральной прокуратуры по особо важным делам. Давеча был откомандирован в ваш замечательный город для расследования очень прискорбного случая.
Мощные Линзы, помедлив, понимающе склонили голову. Они, естественно, не поверили ни единому слову.
Никита Владимирович тяжко вздохнул.
– Вы ведь часто бываете в парке с шахматами. Практически ежедневно. Многое замечаете.
– Бываю, – несколько озадаченно подтвердили Линзы.
– Тогда вы, я полагаю, не можете не знать, что неделю тому назад... девятнадцатого числа... там, видите ли, произошло убийство. Убили молодого человека. Это случилось вечером.
