Невидимая в темноте машина определенно приближалась, двигаясь в сторону скрытой лесом фермы. Внезапно мотор заглох. В ночной тишине слышался только странный звук, которого агент поначалу не смог опознать.
— Что за черт? — прошептала Рэнди. И тут Джон понял.
— Это шуршат шины, — шепнул он в ответ. — Машину сняли с ручника. Видишь ее? Черный бугор на дороге. Ее едва видно на фоне асфальта.
Ему не пришлось объяснять.
— Черная машина, фары выключены, мотор заглушен. Движется к нам. «Щит полумесяца»?
— Возможно?
Торопливо обговорив план, они разделились — Джон, перебежав дорогу, слился с корявым стволом одинокой оливы, отрезанной от рощицы, когда прокладывали шоссе.
Машина надвинулась на них из темноты, точно механическое привидение, — древний, старомодный кабриолет из тех, что во время Второй мировой предпочитали нацистские командиры, точно выкатившийся из кадров кинохроники. Тент был открыт, и, заметив, что в салоне только один человек — водитель, — Джон подал своей напарнице знак пистолетом. Та кивнула: «Щит полумесяца» не послал бы в погоню одного-единственного боевика.
Скатываясь с холма, элегантная машина понемногу набирала скорость. Рэнди молча показала сначала на себя, потом на Джона, потом на машину, намекая, что устала бродить по ночному лесу. Агент ухмыльнулся и согласно кивнул.
Когда лимузин проезжал мимо, двое агентов разом вскочили на подножки. Ухватившись рукой за дверцу, свободной Джон прижал дуло своего «зиг-зауэра» к виску водителя. К его изумлению, тот не поднял взгляда — вообще не шевельнулся.
Только тут агент со смущением заметил, что его жертва облачена в черную сутану с белым воротничком. Епископальный священник — то, что англичане предпочитают называть «англиканским».
Рэнди, тоже заметив это, скорчила своему напарнику гримасу и закатила глаза. Смысл сообщения был ясен: в свете напряженных международных отношений грабить священника — не лучшая идея.
— Что, неловко стало? — прогремел в ночи голос с ярким британским акцентом. — Вы, пожалуй, и сами добрались бы до Толедо, — добавил водитель, не оборачиваясь, — но уж больно долго ползли бы.
А время-то, как говорят у вас в Штатах, уходит.
Ошибиться было невозможно.
— Питер! Осталась хоть одна спецслужба, которая не охотится за молекулярным компьютером? — проворчал Джон, запрыгивая вместе с Рэнди на заднее сиденье.
— Едва ли, мальчик мой. Весь мир носится, точно ошпаренный. Ты их не вини. Паршивая ситуация.
— Откуда ты взялся, черт тебя дери?! — вопросила Рэнди.
