После посещения музеев и банкетов в разных концах планеты скромная меблировка из губернаторского особняка в Нью-Мексико была разбавлена изящными французскими столиками и уютным британским креслом-качалкой у камина. Ало-желтые занавеси навахо, индейские плетенки и короны из перьев теперь перемежались сенегальскими масками, нигерийскими отпечатками в глине и зулусскими щитами.
Не в силах усидеть на месте, президент вскочил, обошел стол кругом и присел снова — прямо на край столешницы.
— Всем нам известно, — продолжил он, сложив руки на груди, — что террористы, как правило, ставят себе целью привлечь внимание к своей борьбе и обличить то, что считают злом.
Но в нынешней ситуации есть по меньшей мере две странности: взрыв не был направлен против символической мишени, как обычно, — посольства, правительственного здания, военной базы или исторического памятника. И это не был одинокий бомбист-камикадзе, подрывающий себя в переполненном автобусе или на дискотеке. Вместо этого взорвана лаборатория в институте. Место, где ученые трудятся на благо человечества.
Но конкретно — место, где создавался молекулярный компьютер.
Эмили Пауэлл-Хилл вздернула тонкие брови. Несмотря на то что ей было уже под шестьдесят, бывший бригадный генерал армии США сохранила и стройность, и длинные ноги, а главное — острейший ум.
— При всем моем уважении, господин президент, информация о том, что ДНК-компьютер уже создан, относится в большой степени к области спекуляций, экстраполяции из недостаточных данных и откровенного вымысла.
В основе всего — слухи, порожденные тем, что с равным успехом может оказаться случайным взрывом, в котором пострадали случайные люди. Возможно ли, чтобы указанный катастрофический сценарий был порожден обычной паранойей? — После паузы она продолжила. — Попытаюсь выразиться деликатнее... Всем известно, что контрразведка имеет привычку дергаться от малейшего шороха. Это, мне кажется, один из таких случаев.
Президент вздохнул:
— Подозреваю, это не все, что вы хотели сказать.
— Признаться, да, господин президент.
Мои эксперты уверяют, что технология ДНК-компьютеров находится в начальной стадии разработки. Действующий образец не появится еще, как минимум, десять лет. Может быть, двадцать. Это еще одна причина, заставляющая с подозрением отнестись к тревогам, которые могут быть и необоснованны.
— Возможно, вы правы, — проговорил президент. — Но, подозреваю, те же эксперты согласятся — если кто-то и мог совершить подобный скачок, то в первую очередь Шамбор.
