Чарльз Орей, глава президентской администрации, нахмурился.
— Может кто-нибудь объяснить старому боевому коню, что в этой... дээнковине такого особенного и почему все ее боятся?
Президент кивнул Эмили Пауэлл-Хилл, и та обернулась к Орею:
— Это означает, что мы переходим от кремния, основы нынешних микросхем, к углеродам, основе всего живого, — пояснила она. — Машины действуют быстро и с рабской покорностью, в то время как жизнь хитра и переменчива. ДНК-компьютеры объединят сильные стороны обоих миров, и эта технология обладает куда большим потенциалом, чем кто-либо в наши дни может представить.
И произойдет это потому, что мы сумеем использовать вместо микросхем молекулы ДНК.
Орей сморщился:
— Срастить живое вещество с компьютером? Это, знаете, похоже на выдумку из дурацкого комикса.
— Очень может быть, — легко согласился президент. — Многое из того, что мы теперь принимаем как данность, было придумано вначале писателями-фантастами и авторами комиксов. Но наши ученые уже не первый год пытаются выяснить, как воспользоваться естественной способностью ДНК быстро рекомбинироваться сложным и предсказуемым образом.
— Господин президент, я уже запутался, — сознался Орей.
Кастилья кивнул:
— Извини, Чак. Представь, что тебе надо подстричь траву на лужайке — ну, скажем, в Молле. — Он махнул рукой в направлении окна. — Компьютерное решение — это использовать несколько огромных газонокосилок, и каждая из них будет срезать в секунду тысячи травинок. Так действуют суперкомпьютеры. Метод ДНК — запустить миллиарды крошечных косилок, и каждая срежет только одну травинку.
Фокус в том, что они сделают это одновременно.Это и есть «могучий параллелизм природы». Поверь, молекулярный компьютер оставит далеко позади лучшие современные вычислители."
"— Притом он практически не потребляет энергии и обойдется куда дешевле, — добавила Пауэлл-Хилл. — Когда его удастся создать. Еслиудастся.
— Здорово, — пробурчал адмирал Броуз, председатель Объединенного комитета начальников штабов, до сих пор внимательно прислушивавшийся к разговору из глубин мягкого кожаного кресла.
Видно было, что сидеть ему неудобно. На его лице самоуверенность боролась с тревогой.
— Если эта дээнковина действительно существует, — продолжил он, упрямо выпятив подбородок, — и находится в руках наших противников, или, скажем мягче, соперников, а это добрая половина планеты, в наше-то время... не хочется даже думать, к чему это приведет. Наши вооруженные силы живут и дышат электроникой.
