Залысины, высокий лоб и очки в проволочной оправе делали его похожим не то на книгоиздателя, не то на фальшивомонетчика.
— Твой приятель жив, — проронил он не без сочувствия, оглядев Джона с головы до пят. — Но он в коме. Не стану тебе лгать, подполковник, — врачи за него... тревожатся.
Известие о ранении Марти невольно напомнило Джону пережитую после гибели Софии боль. Но Софии больше нет... и то, что случилось с Марти, сейчас важнее.
— Какого черта он вообще делал в Пастеровском?
Клейн вытащил из кармана трубку и кисет.
— Нас это тоже очень интересует.
Джон открыл было рот, но осекся. Организация «Прикрытие-1» трудилась во мраке, незримая для всех, кроме высших кругов администрации, и неподконтрольная Конгрессу. Она не входила в официальную командную цепочку военной разведки. Ее загадочный шеф появлялся, только когда случалась или грозила случиться катастрофа. «Прикрытие-1» не имело ни формальной организации, ни бюрократического аппарата, ни штаба, ни штатных работников. Оно состояло, если так можно выразиться, из профессионалов в самых разных областях.
Все они имели опыт нелегальной деятельности, большинство — военные, и каждый — «перекатиполе», без семьи, без родных, без обязательств, временных или постоянных.
Таким элитным оперативником был и Джон Смит — когда его об этом просили.
— Ты здесь не из-за Марти, — убежденно проговорил Джон. — Из-за Пастеровского. Что-то случилось. Рассказывай.
— Пошли прогуляемся. — Клейн поднял очки на лоб и принялся набивать трубку.
— Здесь курить нельзя, — предупредил его Смит.
— Пылевые частицы загрязняют образцы ДНК.
Клейн вздохнул:
— Еще одна причина убраться отсюда."
"Фред Клейн — а в его лице «Прикрытие-1» — не доверял никому, ничему и ни в чем. Даже лаборатория, официально не существующая вовсе, могла быть усажена «жучками». Поэтому Клейн и хотел ее покинуть.
Смит последовал за главой разведки к двери и запер ее за собой. Они спустились по лестнице, прошли мимо темных лабораторий и кабинетов. Лишь кое-где горел свет, и в здании было тихо — только одышливо гудела вентиляция.
На улице рассветное солнце заливало косыми лучами декоративные ели, разделяя каждое дерево на половинки — восточную, зеленую, и западную, поглощенную смоляно-черными тенями. Далеко на западе, сверкая снежными пиками, громоздились Скалистые горы. В долинах по их склонам еще лежали лиловые ночные тени. В воздухе висел аромат хвои.
Отойдя от здания лаборатории на дюжину шагов, Клейн остановился, чтобы разжечь трубку.
