Но, по-моему, она где-то в городе... вроде.
— Обо мне разговора не было? — поинтересовался агент.
— Зумайя говорил, что вы убили Хорхе в Париже. Вот и решили, что вы приедете в Испанию, — это потому, что Хорхе облажался. А потом Элизондо кто-то стукнул, что вы и на Толедо вышли. Вот мы и приготовились.
— Это у Хорхе был пистолет с тисненой рукояткой?
— Ну да. Если бы вы его не убили, его бы Элизондо сам прикончил. Нам не положено ставить герб куда ни попадя, а уж на оружие — тем более.
Элизондо и не узнал бы, только ему Зумайя уже после наговорил.
Иными словами, баски и ведать не ведали, что есть на свете такой Джон Смит, пока агент не бросился выручать несчастную Терезу Шамбор. Джон хмуро покосился на поникшего Бишенте.
— Как вы меня опознали? — спросил агент.
— Нам прислали ваш снимок. Я так слышал. Кто-то из наших в Париже не то видел вас, не то слышал, не то вообще следил... не знаю. В общем, это он прислал. — На лице юноши отразилось потрясение.
— Они хотят вас убить. От вас слишком много проблем. Это все, что я знаю, правда! Вы сказали, что отпустите меня! Я могу идти?
— Скоро. Деньги у тебя есть?
Бишенте поднял на него недоуменный взгляд.
— Нету.
Джон вытащил из бумажника сотенную купюру и сунул юноше:
— На дорогу хватит.
Бишенте неохотно запихнул доллары в карман. Страх покинул его, но спина была все так же виновато ссутулена.
— И помни, — сурово проговорил агент (он решил перестраховаться — мало ли, вдруг мальчишке в голову придет предупредить товарищей), — вы устроили взрыв и похитили человека ради денег, а не ради свободы.
А тебе, раз ты не смог затащить меня в тот дом, вообще стоит больше опасаться своих приятелей, чем меня. Если ты вернешься к ним, тебя начнут подозревать... а если дашь повод себя заподозрить — убьют. Тебе бы лучше скрыться с глаз долой.
Юноша с трудом сглотнул.
— Я... отсижусь в горах, выше деревни.
— Вот и молодец. — Джон вытащил из чемодана моток нейлоновой бечевки и катушку липкой ленты. — Сейчас я тебя свяжу, а нож оставлю рядом, чтобы ты смог освободиться. Это чтобы у тебя было время подумать над моими советами. — А у самого агента — время скрыться, на случай, если Бишенте передумает и решит вернуться к террористам."
"Юноше такое предложение явно пришлось не по душе, но ничего другого, кроме как кивнуть, ему не оставалось.
