– Парни живут на территории приюта? – Я удивленно поднимаю голову.
– Боже, какая же ты тупица! – Виктория смотрит на меня. – Та грунтовая дорога позади дома, по которой они все время ездят, – она ведет к их дому. Как только они перешли в старшую школу, Мейбл переехала сюда, оставив их там. Сомневаюсь, что это законно, но здесь никто не будет ничего о них выпытывать или разбираться. Для многих из нас нет места безопаснее, чем этот приют. Я лишь знаю, что каждый месяц, помимо государственного финансирования, Мейбл получает еще и чек.
– Почему Мейбл? – не могу не спросить я.
– Наверное, потому, что она работала на Брейшо, даже когда-то была няней отца Мэддока.
В изумлении я поднимаю брови.
– Так где же его отец?
– В тюрьме. – Виктория наклоняется ближе и снова переходит на шепот: – Его застукали с какой-то наркоманкой в угнанной машине, полной товара, и взяли обоих. Ну, как ты сама понимаешь, она стала кричать об изнасиловании, настучала на него и той же ночью вернулась домой. А ему дали пятнадцать лет.
– Она отодвигается от меня. – Это случилось, когда мальчишки учились в начальной школе.
Я откидываюсь на спинку стула.
– Постой, так ее не насиловали?
– Он клянется, что нет, но кто знает. Мужики скажут что угодно, если их припереть к стенке, точно так же сделала та женщина.
– Если они были такими влиятельными, как так получилось, что его осудили? Ведь деньги решают все.
– Грейвен решил еще быстрее.
– Что ты имеешь в виду? – медленно проговаривая слова, спрашиваю я.
– Обвинителем по тому делу был один из Грейвенов.
Я сдвигаюсь на край стула, внутри меня все сжимается.
– Нет…
– Угу. – Виктория усмехается. – Та еще хрень, да?
– Черт, как такое вообще могло случиться?
Она пожимает плечами.
– Ты же сама сказала: деньги решают все. Кто знает, как оно было на самом деле?"
"Охренеть можно. Не удивительно, что здоровяк так взбесился. С легкой руки Грейвенов (и, наверное, не только руки) пацаны лишились единственного родителя.
– А что их матери? Куда они делись?
– Их убила горничная.
Думаю, Ролланд трахал всех, когда перевез к себе их и детей, а она хотела, чтобы он принадлежал только ей. Только вместо него получила пожизненное. – Виктория закрывает учебник и пожимает плечами. – Короче, я больше не могу выносить твою компанию. Я закончила.
И она уходит, оставляя меня с гребаным беспорядком в мыслях. А ведь мне не должно быть до них никакого дела.
* * *На следующий день в школе я думаю лишь об этой истории и о том, правда ли это.
