Не успела я прийти в себя от сказанного, все же слишком много личных эмоций в эти слова он вложил, как Марр воспользовался моим замешательством и поцеловал. Мужские губы настойчиво искали ответа и, получив его, стали мягче, даря нежность. Целуя так неспешно, как будто у нас есть все время мира, и в то же время горячо, отчего плавилось все внутри. Можно было бы его поправить, что они сначала, как дикари, хватают без спросу и тащат к себе в пещеру, а потом лишь ухаживают в надежде на взаимность, но я обняла мужа за шею, отвечая на поцелуй.
– Давай сбежим? – чуть отстранившись, предложил барс.
– В Радужный дом? – догадалась я. – Можно, но как же Камияр с Дашей?
– Им сейчас не до нас. Завтра будем разбираться. Подумай, что хотела бы стребовать с него.
– Пусть Даша с него требует. В конце концов, это она пострадавшая сторона.
Хант обнял меня за плечи, увлекая с балкона. Последние гости улетели, и мы оказались предоставлены сами себе. Идея улететь из дворца нравилась все больше.
* * *Жаркое сопение в ухо вырвало из объятий Морфея.
Дарья предприняла попытку повернуться на бок, но рука, по-хозяйски расположившаяся у нее на животе, не дала этого сделать, удержав. Нехотя открыв глаза, Даша увидела спящего Камияра. В первый момент задалась вопросом, каким образом умудрилась вновь оказаться с ним в постели, но память тут же услужливо преподнесла события минувшего дня. Точно ее, минувшего, так как сумрак в спальне давал понять, что уже глубокая ночь.
Твою мать, корабль точно улетел без нее!"
"«Кошак непробиваемый!» – бросила гневный взгляд в сторону спящего барса.
Она столько времени решалась уехать с Баттаса, а он поломал все ее планы. Данное решение далось нелегко. Рядом с Камияром ее сила воли таяла и отказывал здравый смысл, а он, как назло, делал все, чтобы они как можно чаще встречались. И вот, когда Дарья готова улететь и стоит, можно сказать, на ступеньках в прежнюю жизнь, барс возникает перед ней и заявляет, что никуда ее не пустит. Тогда в душе все сладко заныло от этих слов, но, не показывая своей слабости, посоветовала не стоять у нее на пути, оттолкнула.
И этот псих ее укусил!!!
Рука метнулась к шее, но никакой раны не обнаружила. Чесалось только. Еще хотелось сгореть от стыда, вспоминая, как Камияр нес ее на руках обратно, шепча нежности, а Дашу охватила странная слабость, и она была не в силах его остановить. Даже не вырывалась! А потом сумасшедшие поцелуи, и это еще чудо, что они добрались до спальни.
