Набросились друг на друга, словно от этого зависела их жизнь. И как теперь смотреть в глаза мужу сестры? Сама настаивала на разводе, а при первой возможности прыгает в покинутую постель.
Внутри стали закипать обида и злость на бывшего муженька. Ведь говорила с ним по-человечески, старалась достучаться, и казалось, что Камияр все понял. Тут еще барс услышал ее громкое сопение и открыл глаза. На его лице расцвела счастливая улыбка, как будто Дарья – лучшее, что он видит в жизни. Это взбесило окончательно. Камияр потянулся к ней, но его ждали ощутимые удары в грудь.
– Ненавижу! Я же тебя как человека просила, чтобы дал мне спокойно жить! – зашипела на него.
В мужских глазах промелькнуло удивление, и барс поймал Дашины кулаки, прижимая к своей пострадавшей груди.
– Нас ждет долгая жизнь вдвоем.
Не впечатлил. Ага, для кого долгая, а для кого всего десяток лет, пока она не начнет стареть и он не станет заглядываться на тех, кто помоложе!
– Это уж как-нибудь без меня! – непримиримо заявила Дарья.
– Теперь мы только вместе.
– Пф-ф! – фыркнула она, выражая свое отношение к такому заявлению. – И чего ты добился? Это был не последний корабль на Землю. Я все равно улечу!
– Обещаю, позже слетаем, если ты так хочешь.
– Я никуда с тобой не полечу!
Камияр навалился на нее, пресекая сопротивление, и, выведенный из себя, уведомил упрямицу, не обращая внимания на ее барахтанье:
– Скажем иначе – теперь ты без меня никуда не полетишь!
– По какому праву?! – постаралась прижучить его.
– Ты моя пара.
– Да мне плевать! – зашипела Даша и осеклась, решив, что ослышалась.
– Камияр, скажи, что у меня на шее не метка, – произнесла изменившимся голосом, боясь поверить.
– Я люблю тебя.
– Камияр! – У нее начали сдавать нервы.
– Не знаю, что ты там себе надумала, но ты моя! С первой нашей встречи я почувствовал это. И знаешь что? – Коленом он раздвинул ей ноги, давая ощутить свою эрекцию. – Я твой.
И проник в нее единым плавным движением бедер, входя на всю длину – целиком и полностью. От пронзившего тело удовольствия у Дарьи поджались пальцы ног, и она с трудом сдержала стон.
– Повтори…
– Не могу без тебя! Я твой до последнего вздоха. Мое сердце бьется для тебя! Ты моя единственная, – движения его бедер все же сорвали стон с ее губ, – моя любимая… вредина.
Жаркий шепот вперемешку с поцелуями туманил голову. Даша сдалась. Ей уже было все равно, каким образом он понял это до своего совершеннолетия. Лучше оставить выяснения на потом. Она соскучилась по нему.
