Партиец (СИ)

Там меня уже ждала машина, выделенная Яковом Ивановичем. Она то и доставила меня на аэродром, с которого мы должны вылететь на Дальний Восток.

О своей поездке я предупредил родителей, декана и товарища Сталина. Последнего на всякий случай — а то вдруг у него на меня иные планы были. Но нет, никто меня останавливать не стал, что я принял как одобрение моего решения.

Летели на ТБ-1 нашей с Андреем Николаевичем разработки. Алкснис был не просто пассажиром, а вторым пилотом.

Как я понял, летать ему нравилось. Оделся я как можно теплее. Мало того, что осень уже заканчивается и скоро зима будет, так и летим мы через Сибирь, где морозы гораздо сильнее. Ну и в самом самолете обогрев хоть и есть, но он минимальный. Меня заранее предупредили, что без бушлата или шубы лететь — гарантированно околеть.

Даже на самолете добирались трое суток с двумя посадками. И это еще быстро для такого самолета. Благо двигатели на него поставили более мощные, чем предусмотрены на серийных моделях.

Иначе бы полет грозился растянуться на гораздо более длительный срок. Прибыли мы в Хабаровск, где располагался штаб Особой Дальневосточной армии. Командовал ей Василий Константинович Блюхер. Самой же операцией руководил Степан Сергеевич Вострецов — командующий Забайкальской группой войск. Вопреки моим ожиданиям, что управление операцией будет происходить из какой-нибудь землянки, или хотя бы деревянного сруба, расположенного вблизи границы, все команды шли непосредственно из Хабаровска. Не иначе на меня повлияли фильмы о Великой Отечественной, просмотренные с дедом в прошлой жизни.

В штабе на меня косились, но присутствие Якова Ивановича рядом не давало меня «послать». Зато я смог вживую наблюдать, как отдаются приказы и приходят сообщения с передовой.

Главная наша цель поездки — самолеты — оказались за городом. И это были бипланы Николая Николаевича! Я когда это узнал, многозначительно посмотрел на Алксниса.

Тот мой взгляд понял правильно.

— А ты почему думаешь, я хотел его от смертной казни уберечь? — хмыкнул мужчина.

— Но можно же было и вовсе из тюрьмы его вытащить. В итоге же выяснили, что он ни в чем не виновен.

Алкснис на мои слова только неопределенно покрутил головой и промолчал.

В штабе мы пробыли недолго, выдвинувшись на летное поле — пообщаться с пилотами.