Партизан

К этому времени я имел приказ вылететь на самолете в Андреаполь, а выделенный борт находился несколько часов на южной окраине села Нестерово. Батальон, по моим данным, должен был передать свои позиции войскам 39-й армии и следовать в Андреаполь.

– То есть наш приказ о том, что командование операцией под городом Белым передано вам, до вас не был доведен?

– Нет, товарищ Сталин. Я находился на КП батальона на высоте 209,0. Вот она. Ни один батальон не имеет связи с НП и КП дивизии, корпуса, армии или фронта. Для этого у него нет соответствующих средств связи.

Связь может быть установлена только особым случаем. То есть радисты вышестоящих соединений сами начинают прослушивать и вызывать интересующий их батальон. С нами такую связь никто не устанавливал, о собственных частотах, позывных и тому подобном нам не докладывали. Свою частоту и позывные я передал лично генерал-полковнику Коневу в 21.47 3 июня 1942-го. Вот запись об этом и подпись Конева. Правда, частота у нас не очень удобная, на самой границе дивизионной и армейской 5-АК и 2-А, и на некоторых станциях ранних выпусков он отсутствует, но даже попыток с нами связаться никто не предпринимал.

– Я вас понял, товарищ Соколов. А командование Западного фронта что скажет?

– Я действовал через генерала Конева, вначале он подтвердил мне информацию о том, что приказ ими получен, затем передал, что связи с Соколовым у него нет.

– То есть, товарищ Жюков, опять меня три дня водили за нос командующие двух фронтов. Когда это прекратится?

– Разрешите, товарищ Сталин? – задал вопрос я.

– Говорите, товарищ Соколов."

"– До тех пор, пока окончательно не откажемся от использования радиостанций 6ПК, 5-АК, 4,3 и 2-А, этот «бардак» будет сохраняться. Основное тактическое подразделение: батальон, связи ни с кем, кроме полка, не имеет, а полковые радиостанции чаще всего подвергаются ударам авиации и артиллерии противника. Без связи комбаты даже вызвать огонь артиллерии дивизии не могут, а четыре или шесть пушек полка погоды не делают. Тем более что все они малокалиберные.

В тех полках, которые довелось видеть в бою, откровенно мало минометов, к тому же их использование на уровне батальона практически исключено, по неизвестной мне причине в батальонах остались только минометные взводы, два расчета, тогда как должна быть минометная рота. И в полку всего два 120-мм миномета. То есть ни батальон, ни полк ударной мощью не обладают. Это касается и 256-й стрелковой дивизии, единственной укомплектованной по «новому» штату.