Партизан

Через комбата Васильева сумели установить связь с полковником Аршинцевым, командиром 30-й стрелковой дивизии, державшей «оборонительный обвод» по центру. Который сообщил, что его левый сосед, полковник Морозов и его 339-я дивизия, самовольно покинули свой участок и переправились на левый берег, бросив тяжелое вооружение. Практически в полном составе, за исключением 1137-го полка.

Пришлось разведроте и там наводить порядок, струсившего полковника в тот же день расстреляли, вместо него дивизию принял полковник Кулаков, который вернул полки на прежние места на левом фланге в станицу Елизаветинскую. На правом берегу к вечеру 9 августа находилось примерно две с половиной дивизии. Обе переправы дополнительно контролировались 1270-м мотострелковым полком, в распоряжении капитана Левина находился реактивный дивизион: 10 установок БМ-14, которые ночью были переправлены на правый берег Кубани. Через Майкоп к Краснодару выдвигалась вся 385-я мотострелковая дивизия. Жаба задавила не Буденного, в 14.00 пришел приказ Ставки, напоминавший командующему 5-й Ударной армии о существовании приказа № 227. Предписывалось: оказать помощь в обороне Краснодара, воспрепятствовать попыткам прорыва через рубеж реки Кубань в направлении города Моздок, создать и удерживать на правом берегу реки плацдарм в районе города Кропоткин, шириной не менее 12–15 километров и глубиной 10–12. Объявить в частях и соединениях армии, что враг на левый берег Кубани вступить не должен, а на плацдармах объявить, что за Кубанью для нас земли нет. Стоять насмерть! Подписано Верховным Главнокомандующим наркомом обороны СССР Сталиным. Вот такой вот «Сталинград-на-Кубани» получился."