Пасечник

И поедешь ты, дорогой наш товарищ, прямиком в Дрезден. Или в Берлин. Или в Даллас. Но это не точно.

Мы старались тебя спасти. Отвести от угрозы. Если тебе плевать на свою жизнь, о семье подумай. О маме. Жене. Ребенке. – Пчелин сверлил Егора глазами, потемневшими от гнева.

Егор как-то сразу обмяк. Но потом взвился:

– Какого … Что я тогда тут делаю? Они ведь доберутся до матери и Даши!

– Не доберутся, не бзди. Им не нужна твоя семья. Им нужен ты, – сказал Леха.

– Сложно. Другая страна. Они каждого куста шарахаются. Успокойся. Женщины в безопасности. За ними следят компетентные люди.

– Ага. Пругло, да? – Егор скрипел зубами от злости.

– Да что ты заладил со своим Пругло? Алексей, Петр и Екатерина. Опытные разведчики. Не помнишь?

Егор вспомнил своих мирных попутчиков, угощавших его аппетитной домашней снедью.

– Расслабься, Егор. Ты ужасный паникер, – сказал Константин, тупой Костя Березинский и старший научный сотрудник по совместительству.

Сколько лет сотруднику, интересно?

– А вот это все, – Егор указал глазами на Костю, – как? Ты же молодой!

– Ничего сложного в обычном понимании. Инъекция. Кстати, бомба в развитии медицины. Не сомневаюсь, что итоги наших разработок позволят вскорости зарабатывать миллионы долларов. У западных коллег не получилось. Но омоложение – не наша главная цель. Наша цель – бессмертие и полное отсутствие болезней.

– Ладно. Пускай, я сошел с ума. И мне везде мерещатся парнокопытные дембеля, – бубнил Егор.

Березинский с Пчелиным переглянулись и рассмеялись.

– Угомонись, дурила! Копыта тот придурок, скорее, для устрашения примастырил, – Пчелин утер выступившую от смеха слезу, – лучше налью коньячку.

Они выпили еще. Потом повторили. Коньяк, действительно, был хорош.

– Ты сильно не дергайся. Проведем небольшое обследование. Анализы крови, то, се. Если дело будет продвигаться по намеченному плану, получишь свои законные миллионы и отправишься к семье. А там – дорога открытая: можешь уезжать хоть в Крым, хоть в Рим. Дашке своей нормальную человеческую жизнь покажешь.