Пассажир

Распутает весь этот клубок. И возможно, сумеет поймать маньяка, убивающего нищих…

Интуиция подсказывала ей, что дело близится к развязке.

А к чему приближается она сама?

— Сволочи! Ублюдки! Требую комиссара!

Анаис повыше подняла ноги. Бомжа еще раз вывернуло. Вонь дешевого пойла мешалась с другими, не менее отвратительными запахами — мочи и немытых тел. Она рассеянно оглядела своих новых компаньонов. Кроме крикуна и блюющего бомжа, здесь были два араба, которые скрючившись сидели на лавке. Молодой панк подпрыгивал на месте и скреб руки, и без того расчесанные до крови.

Мужчина в приличном костюме с потерянным видом смотрел перед собой — наверняка водитель без документов. Два рокера, почти мальчишки, в старательно изодранных и испачканных краской джинсах, очевидно мастера граффити, хихикали и пихали друг друга локтями.

Она была здесь единственной женщиной.

Вообще-то женщин не сажали в один обезьянник с мужиками, но в Париже, видимо, правила изменились. А может, ее приняли за парня. Или сделали это нарочно, надеясь оказать на нее давление.

Она не протестовала и не сопротивлялась. Понимала, что процедура идет своим чередом. Вскоре ее вызовут к судье. Вот тогда она все и объяснит…

В дверном замке повернулся ключ. Обитатели камеры дружно обернулись на этот звук — все-таки что-то новенькое. На пороге стоял полицейский в форме и с ним еще один — в штатском. Анаис мгновенно определила типаж: накачанный стероидами качок, любитель помахать кулаками.

Офицер повернулся к ней:

Она пропустила мимо ушей и тыканье, и хамский тон.

Широченные джинсы, кожаная куртка, «глок» на самом виду — качок весил не меньше ста килограммов. В камере отчетливо повеяло страхом.

Она поднялась и пошла за культуристом. Против ожидания он повел ее не в вестибюль, который вел в кабинеты офицеров полиции, но повернул направо, в узкий пыльный коридор, где еще раз свернул направо — здесь духота сменилась отчетливой сортирной вонью.

Из-за стальных дверей с выведенными наружу выключателями и водоспусками слышались стоны, крики и глухие удары.

Вытрезвитель. Парень в форме достал связку ключей и отпер одну из дверей. Четыре голых бетонных стены. Смрад блевотины и дерьма. И стаи тараканов в качестве зрителей.

Анаис села. Дверь захлопнулась.

— Мы проверили. Ты и в самом деле из полиции.

— Вас не затруднит обращаться ко мне на «вы»?

— Заткнись. Только ты забыла уточнить одну маленькую деталь.

— Сегодня утром тебя отстранили от должности. По приказу прокуратуры Бордо.