Патриот. Смута. Том 4

— Всех спас.

Я посмотрел на него, и он замолчал, взгляд опустил, сопел, ждал.

— Первое. Думаю, племянника твоего Ефима воеводой воронежским поставить. Что скажешь?

Он изменился в лице, побледнел, казалось. При скудном освещении, которое давали свечи, сложно разобрать.

— Молодой он, боярин. Вдруг не справится.

Так, значит, сомнений в том, что заменить его самого на кого-то иного нет. Есть вопросы к кандидатуре, а не к факту замены. Отлично.

— Справится, старик, уверен в этом. — Сказал я с теплотой в голосе. — Да и те, кто останется, за него пойдут.

Он в бою себя показал, раненным бился, пленных сторожил. Руководитель дельный. При мне был. Уверен, совладает, справится и все хорошо будет.

— Тогда как нужным считаешь, Игорь. Я то, что. Я действительно… — Он вздохнул. — За два месяца этих постарел. На покой хочу.

Осунулся немного человек. Сказал и еще больше мешком на лавке сел, какой-то аморфной тенью.

— Тогда второе. Лекарь ты хороший. И, вроде как, Савелий в деле лечебном что-то да смыслит. Нужно обучить бойцов хотя бы азам.

За неделю.

— За неделю! — Он встрепенулся, покачал головой. — Как можно, Игорь Васильевич. Это же наука сложная.

Мда, у вас здесь все сложно. Люди-то неграмотные, десять классов не заканчивали.

У нас первую медицинскую на курсах за пару дней объясняли. Самую базу. Часов за четырнадцать можно выдать азы. Жгуты, бинты, что делать, как опознать перелом позвоночника, рук, ног. Как действовать, чтобы не навредить, а ускорить процесс восстановления. Даже как шить, если кратко.

Добавь сюда пару часов на базовое понимание того, что такое стерилизация и чистота, вот и курс молодого санитара.

Раны обрабатывать не проточной водой, а кипяченой. Бинты кипятить, желательно в ромашке или хвое. Спиртом, водкой что есть алкогольного крепкого, протирать ножницы, иглы.

Не уж-то так сложно все. Я же не прошу тебя учить хирургии, сам в ней не смыслю. А базе, первой помощи при ранении.

Жаль, методичек я из своего времени не привез. Знал бы, захватил.

Лицо мое исказила ухмылка.

Еще бы калаш прихватил и патроны бесконечные, если можно было. Но… Нельзя же.

— Старик, мне не хирургов учить. А чтобы на сотню хотя бы человек пять знало, как кровь остановить, как сломанную руку зафиксировать и почему пули из тела вынимать надо и как лучше это делать.

Он пыхтел, думал, побарабанил пальцами по столу.

— Сложно, воевода… — Сделал паузу, сам понял, что свой вроде бы чин на меня уже переложил, вздохнул. Добавил. — Сложно. но пробовать можно.