Патриот. Смута. Том 4

Сколько серебра, то у нас, это раз вопрос, а второй момент — как закупить-то все это? Это же время на производство нужно. Не игра это, а жизнь. Здесь не мышкой ткнул, и тебе за секунду сделали. Трудодни и человеко-часы здесь очень большую роль играют.

— А как вы это все закупаете, Путята?

— Да как, воевода… У нас же город торговый. И у сами ремесленников много и окрест, и с других городов заказы делаем.

Повезло. А в Воронеже сколько кузнецов? Что там мне Филка сказал? Два, кажется. Они же год будут доспехи делать.

Нет, столько времени у меня не имеется. Черт, придется думать иначе и использовать то, что есть.

— Господарь мой, могу слово я молвить? — Подал голос Несмеян.

Путята и Григорий вновь уставились на него, перевели на меня взгляд.

— Кабатчик! — От этого он сжался, в лавку совсем вдавился, казалось, уменьшился в два раза. — Говори. Только поясни сначала, почему уже третий раз господарем зовешь. Я не царь.

Повисла тишина. Со двора доносились звуки тренировки. Франсуа работал вовсю.

— Так… Всем ведомо.

Всему городу, господарь… — Он говорил, дергался, нервничал. — Господарь, вы. Внук, стало быть.

— Так! Кто? — Я поднялся, навис над столом.

— Не вели казнить, государь! Мы же ходом крестным ходили за здравие твое! Мы же… — Он бухнулся на колени, начал креститься.

Что, черт возьми, происходит⁈ Царь? Я?

Григорий и Путята молчали, глаза опустили.

— Что здесь происходит? Собрат мой, гость мой и ты, кабатчик воронежский? — Проговорил холодно.

Я нависал над собравшимися. Смотрел на кабатчика.

Чувствовалось, что Григорий тоже несколько недоумевает, а вот Путята не выглядел удивленным. Сговорились они, что ли. Чертов олигарх. Один торгаш второго увидел и сошлись во мнениях?

— Спаси и сохрани, боже! Спаси и сохрани! — молился Несмеян, в пол челом кланялся на коленях стоя. Гнева моего боялся. Или ощущал себя перед царем стоящим?

— То, что вы здесь говорите, не похоже на слухи. — Процедил я. За всем этим что-то стояло. Нечто большее, чем простой треп служилых людей, мужиков и их семей.

Не просто сплетни.

— Люди говорят. — Проворчал Григорий. — Даже Яков у тебя спрашивал.

— Тут больше. — Произнес Путята, опустив глаза.

Подтвердил Нижегородец, что в курсе.

— Письмо. Даже письма. Господарь. — Тихо проговорил, не поднимая головы от пола, кабатчик.

— Что за письма, откуда? Да встань ты, черт. Сядь. Хватит башкой пол пробивать.

— Несмеян, приди в себя. — Буркнул Нижегородец. — Подтверди. Давай, по порядку, как все было.