Патрульный

Я сам его без всяких запчастей Древних восстановил, используя только запчасти произведенные Содружеством и адаптируя их на совместную работу. Именно этим я и гордился, что смог наладить совместную работу. Увидели бы планшет ученые Содружества, меня бы без всяких сомнений заперли в какой-нибудь лаборатории и заставили бы работать на Империю.

После сортировки убрал инструмент в специальный жесткий кофр со множеством карманчиков и унес его в рубку, убрав в пустую нишу. В каюте для него места просто не было.

После этого я продолжил возиться с программой для взлома. Были обнадеживающие сдвиги и, похоже, скоро моя работа закончиться, останется только проверить ПО на дешифраторе при взломе Искина базы. Может и зря я пишу его, но лучше перебдю, чем потом несколько недель буду вынужденно висеть над нужной планетой и писать программу. А так надо, а у меня есть.

Через три часа Хоттабыч сообщил, что на сканере появились метки приближающихся кораблей, отчего я сразу же рванул в рубку. Мое предположение о том, что пираты используют патрульные корабли, а не модули охраны, похоже подтверждаются.

Осталось только дождаться возвращения зондов.

Наблюдая за пиратским крейсером через пассивные датчики, это был крейсер седьмого поколения модели «Шон». Видимо восстановленный из местных обломков. Его сопровождали два истребителя того же поколения, которые то ускорялись, уходя вперед и проверяя все закоулки, то приближаясь к крейсеру. Было опасение, что они могут нас засечь, но я старался об этом не думать.

Что ни говори, а все-таки аппаратура невидимости у меня отличная, восьмого поколения.

Повезло, патруль прошел мимо обломков спокойно, примерно на средней дистанции между обломками и краем кладбища. На таком расстоянии их сканеры точно не пробьют броню «Вилдана», что меня заметно успокоило.

— Странно, что истребители были с крейсером. Где его носитель? — вслух задумался я. Потом посмотрел на экран сканера и попросил Хоттабыча вывести запись пролета крейсера на экран пилотского визора.

Через пару секунд приблизив изображение, я понятливо хмыкнул. — На броне сцепки для истребителей. Он их несет на внешних креплениях, а пилоты добираются в кабины с помощью скафандров. Вот затейники.

Со сроком я не ошибся. Один зонд вернулся через четыре с половиной дня, второй через семь.

Прокрутив запись съемок сперва одного, а с прилётом второго мы совместно с Хоттабычем составили довольно точную схему кладбища.