Онлайн-библиотека книг
Хрен с ним, с Лыковым…[116] Почему он решил, что может бросаться людьми? Столыпин и Витте показались царю слишком умными и сильными, особенно на его фоне. И были изгнаны из власти; Петра Алексеевича даже убили. Понимаете, чем кончится такая политика? Если страус будет прятать голову в песок, думая, что этим решает проблемы – его дернут за хвост. А глупую голову свернут. Скоро война. И не та, которая была в далекой Маньчжурии, ее русский народ не почувствовал. А другая, европейская, в которой никто не отсидится за печкой.
– Александр Иванович, давайте определимся с понятиями. Вы предлагаете государственный переворот, верно?
– Нет, династический.
– Поясните.
Гучков даже привстал в кресле:
– Николашку к черту! Мы должны отстаивать монархию против самого монарха. Пусть отречется в пользу сына, тот все равно не жилец.
– Так, это я понял. А дальше что? Конституционная монархия или республика?
Октябрист стал серьезен:
– Лично я за монархию. Она в традициях русского народа, публика примет такие реформы менее болезненно. А там будет видно. Менять государственное устройство надо осторожно, без рывков и революций.
Лыков отхлебнул горькой и пояснил:
– Меня смущает многое. Это помимо присяги! После девятого января случился у многих приличных людей надлом внутри. И у меня тоже. Личность самодержца… потеряла для меня обаяние. Потом вся история с тюрьмой. На присягу такому монарху я могу наплевать. А вот за Россию опасаюсь.
– Да, я встречался с «иваном ивановичем». Спасибо, ваш посредник сработал.
– И как вам господин Вырапаев?
Политик хохотнул:
– Я вижу, вы зря времени не теряли. В тот раз не знали его имени, а теперь уже в курсе.
