Печать мастера. Том 1

Выцветшая от времени, с отщербленным с одной стороны краешком, знакомая до последней трещинки.

Пи-а-ла.

Изменись – или умрешь, сказал ему Сейши. И он не понимал – как? Как это сделать?

Ведь, когда разбивается глиняная пиала, вдребезги, разлетается в крошево – можно подобрать и склеить осколки, и даже снова поставить на стол. Но никогда из кусков пиалы не собрать глиняного кувшина или блюдца.

Обожженная в печи пиала не может снова стать податливой глиной, а именно хотел от него Куратор Сейши.

Чтобы он, Коста, забыл, все, что знал и снова стал мягкой глиной в руках нового Наставника.

Старый мастер лепил из него каллиграфа, лепил художника, лепил, зима за зимой, но здесь не нужны каллиграфы.

Здесь не нужны художники.

Здесь не нужны безродные ученики.

Здесь не нужны те, у кого второй круг силы.

Здесь не нужны такие, как он – Коста, это за эту декаду он понял отчетливо. Единственное, с чем он пока не разобрался – это почему он здесь. На самом деле. Причина, по которой Глава Арров и Восьмой, оставили его на островах.

«Почему такого как ты, взяли на Остров?» – прозвучал в голове голос Пятого ученика.

Почему. Если бы он знал.

Стань глиной. Стань податливым. Впитай воду знаний, взмеси и тогда, пройдя горнило огня Острова знаний, может быть, ты станешь полезен.

Изменись или умри.

Коста вытянул вперед руку и растопырил пальцы – «пять». Пять заданий дал ему Сейши за эту декаду, каждое из которых было сложным. Пока он выполнил только три.

Сложность заданий была не только в том, как их сделать.

Как выполнить, чтобы куратор одобрительно кивнул, стукнув тростью о пол, поощряя.

Сложность была в том, что каждое из заданий Сейши было с подвохом. Коста чуял этот подвох. Нутряной животной дрожью сотен тех, чья кровь текла и пульсировала в его жилах. Чуял опасность, чувствовал, но так и не смог уловить, сколько раз не брал в руки кисть.

Как будто эти задания меняли его.

Исподволь. Мягко. Точнее – он менялся сам, чтобы решить очередную задачу.

Как будто с каждым одобрительным кивком Сейши на его портрете появлялись новые штрихи, как будто… учитель рисовал картину, создавая из него – Косты – что – то совершенно новое.

Лепил, думал, прикидывал, набрасывал, проверял, изучал, тестировал результат и выдавал новое задание, корректируя поведение.

Проверял. Сейши проверял его."

"И уже не в первый раз, Коста гнал из головы мысли о том, что он – ошибся. И эта ошибка будет стоить ему очень дорого.