Печати Мирана (СИ)

Я даю команду на браслете, и нас накрывают прозрачные щиты. Этот вариант защиты не такой надежный, как капсулы, но в эвакуационный отсек мы явно сейчас не сможем попасть.

Нас резко кренит вбок. Если бы мы не были зафиксированы в креслах, то всех точно разметало бы по помещению в разные стороны. Гул в ушах нарастает. Катер явно стремительно несется куда-то. Ударов о щит больше нет, но “Начало” продолжает ходить ходуном.

Время замедляется. Все окружающие звуки будто бы кто-то приглушил.

- Экстренная посадка, - слышим мы напряженный голос Марии.

Удар. Еще удар. Вспышка. Воздуха не хватает. Я не чувствую собственного тела. В глазах мутно. Голова взрывается болью.

Думаю о дочери. О Романе Этеле. О коллегах, которые сейчас могут быть... Нужно прийти в себя и помочь. Нужно...

- Мама. Мама, ты как? - голос Навы прорывается через вязкую пленку, которой покрылось сознание.

- Нава. - шепчу, открывая глаза.

Вокруг ничего не двигается. Не вибрирует. Не гудит. Темно, тихо. Даже слишком тихо.

- Как вы, док? - слышу чуть подрагивающий голос миранца."

"- Цела. - сообщаю хрипло. - мы... приземлились? Нава, с тобой все хорошо?

- Я в порядке, - отзывается дочь, - господин...Этель помог открыть экран. Я не пострадала.

- Мы приземлились на Крайс. - отвечает мужчина, раскрывая мой защитный экран, на котором отчетливо виднеются трещины, - точнее, мы - да. Но...

Я оглядываюсь по сторонам. Мы по-прежнему закрыты в отсеке, а что снаружи - даже представить страшно.

- Нужно идти, - я с трудом поднимаюсь.

Миранец кивает, протягивая мне руку. Подсвечивает браслетом окружающее пространство, чтобы я могла найти свой экстренный набор медикаментов. Надеваю на себя и Наву дыхательные маски и собираю в кучу все свое мужество, стараясь не думать о плохом.

Глава 41: Мария

Мария Перес, капитан частного пассажирского катера “Новое начало”

Почему вокруг так темно?

Я с трудом выпускаю из себя воздух, но кажется, что что-то тяжелое давит на грудь.

- Кажется, я видел там движение, - слышу где-то далеко-далеко. В ушах гудит, виски сдавливает.

Я пытаюсь что-то сказать, но из груди вырывается только хрип. Меня тошнит, сердце лихорадочно стучит, голова разрывается от боли.

Что последнее я помню?

Мы падали на Крайс. Катер горел и стремительно набирал высоту сам по себе.