После рагу были лепешки с отваром из трав. За это время наша одежда высохла на ветерке и солнцепеке, и мы наконец-то оделись. Меня одевала Сабрина, и волосы лентой завязала.
— Я провожу вас к тракту. Там, может, кто из торговцев ехать будет, да и подвезет вас к городу, — предложила Лабрия.
Оказывается, дорога была не так уж и далеко от этого странного места. Старушка махнула нам рукой, а я сердечно ее поблагодарила. Руки не болели. Не знаю, чем уж там она мне их обработала и замотала, но эффект был поразительный.
Я все ждала от старушки подвоха, но его не было и, видимо, и не будет.
Мы пошли по дороге, а старуха развернулась и поковыляла прочь. Когда я оглянулась, чтобы проводить ее взглядом, то даже фигуры ее вдалеке не увидела. Удивительная прыть для такой старой дамы.
Мы прошли не очень долго, не больше часа, когда впереди увидели столб пыли. Из предосторожности отошли в сторону и спрятались за большим валуном. Когда всадники приблизились, то я рассмотрела инквизитора во главе отряда.
Мы вышли из-за валуна, и Винченцо пришпорил лошадь, узнав нас.
— Вы живы! Как же я рад! — мужчина соскочил с лошади и бросился к нам. Сам не отдавая себе отчета в том, что он делает, инквизитор сжал меня в объятиях, а я замерла, пораженная таким порывом. — Я думал, что умру, когда не нашел тебя. А братья Чианчулли сказали, что ты бросилась с сестрой на руках в реку.
— Бросилась — это громко сказано, мы просто туда упали, — то, как импульсивно вел себя Винченцо, меня смутило.
Его люди, облаченные во все черное, то и дело поглядывали на нас.
— Что с вашими руками? Вы пострадали? — инквизитор взял меня за руки.
— Немного. Там, на мельнице, когда… — мне не дали закончить фразу.
— Симон, плащ мне, — мужчина улыбнулся мне, видя, что я удивленно замолчала. — Потом, все потом, — еле слышно прошептал инквизитор мне на ухо, когда накидывал на меня плащ.
— Откуда вы узнали, где нас искать? — меня усадили на лошадь. Сабрина была спереди, тоже закутанная в плащ.
Я поражалась этой храброй девчушке. Пережить все, что с ней творила Урсула, и не пасть духом.
— Мы и не знали. Третьи сутки уже рыщем, — признался мужчина, а я удивленно на него посмотрела.
— Как третьи сутки? — мы же во время бури спрятались под лодкой. Не могли же мы там спать двое суток, в самом деле. Но и не будет же Винченцо врать мне, что ищет меня третьи сутки. Это по меньшей мере глупо. Странно это все.
