Пентюх

Кто на Пентюха?

Прогремевшие в тесном помещении выстрелы Эдди и мой случайный выстрел меня оглушили полностью. В ушах звенело, да плюс ещё завоняло порохом. Отчаянно болела отбитая задница. А Зенин вдруг пошатнулся и рухнул навзничь. Я тут же вскочил, испуганно уставившись на упавшего стрелка. Двое невольных секундантов подскочили к Эдди, посмотрели на него, и один из них присвистнул и глянул задумчиво на меня:

– Точно в лоб! Поздравляю, господин Пентюх, отличный выстрел!

– А так красиво и оригинально уйти с линии огня? – качнул головой другой: – Клянусь – это станет новой вехой в дуэлях! Я, если позволите, Семён Петрович, назову ваш трюк «финт Пентюха!» вы не против?

Я поднялся на ноги, и так как вопрос адресовали мне, из вежливости кивнул.

Хозяин гостиницы вышел из-за стойки и тоже посмотрел на убитого франта. И сказал с удивлением:

– Ровнёхонько в лоб! Я ни разу не видел такого шикарного и меткого выстрела!

Девушка встала с барного табурета, небрежно кинула взгляд в сторону убитого, посмотрела на меня, подошла и, взяв за руку, вывела на улицу, бросив через плечо:

– Вызовите пристава и расскажите о дуэли!

Я шёл на негнущихся ногах и пытался переварить тот факт, что только вот сейчас убил человека.

Пусть и случайно. Пусть и совсем по-дурацки. Но убил. Только мы вышли во двор, как я упал на колени, и меня стошнило. Девушка подошла к колодцу, взяла кружку, зачерпнула воды из ведра и спокойно принесла мне. Когда я перестал рваться, она тихо протянула кружку и сказала:

– Прополощи рот и попей!

Я плохо что видел слезящимися глазами, но кружку нащупал.

Прополоскал рот раз, второй. А Ирина Викторовна спросила:

– Ты до этого стрелял хоть раз в человека?

Я отчаянно замотал головой, и она кивнула понимающе. Потом спросила:

– Про разбойников наврал?

Я снова замотал головой, и тут, похоже, я сумел её удивить. Она спросила с интересом:

– То есть, разбойники были и их было восемь?

Я закивал, не в силах говорить, а Ирина спросила:

Я снова кивнул, девушка пожала плечами:

Я отчаянно замотал головой и выговорил наконец:

– Сударыня, я простой писарь земской управы.

Мне револьвер вчера дали первый раз в жизни, – я снова отхлебнул из кружки, прополоскал рот и выплюнул воду, – Никого я не убивал…

Я вспомнил Эдди, вновь позеленел, но Ирина положила мне руку на плечо:

– Давай-ка прогуляемся, Семён Петрович.

Я встал и на ноги, которые одеревенели, пошёл рядом с ней. Меня подташнивало. На душе не то что кошки – тигры скребли. Было страшно.