Пентюх

Да ещё и задница, отбитая об пол, болела нещадно. А Ирина Викторовна шагала рядом легко. И когда мы вышли с гостиного двора, отошли на пару дворов от места убийства, захохотала вдруг заливисто:

– Пожалуй, это станет одной из самых занимательных историй в этом году, а Семён Петрович? Писарь уездной управы убивает на дуэли лучшего стрелка!

Я искоса посмотрел на девушку, пытался улыбнуться, но лицо лишь мучительно искривилось.

– Семён Петрович, у вас зуб болит? – с виду участливо спросила Ирина Викторовна. Но я видел, что чертовка смеётся на до мной.

Впрочем, я бы и сам посмеялся, если бы мог. Если отбросить трагичность, то, наверное, ситуация и правда была несколько забавной. И абсурдной. Я выстрелил из пистолета первый раз в жизни, и вот, на тебе! Будто прочитав мои мысли девушка спросила:

– Вы в мишень хотя бы стреляли?

– Вообще никуда не стрелял. Сейчас вот первый раз, – сразу признался я. Девушка заливисто засмеялась и сообщила:

– Почему-то я так и подумала.

Мы прошли какое-то время в молчании, и я мучительно размышлял, что бы такое сказать, чтобы поддержать разговор.

Только набрал в грудь воздуха, как девушка спросила:

– А вы куда направляетесь?

– В Разумное, – тут же ответил я, – Там убийство произошло, и председатель земской управы направил меня в командировку.

– Так вы писарь или сыщик? – похоже, мне удалось удивить девушку.

– Писарь, – я даже руки к груди прижал, чтобы показать искренность. И стал ей рассказывать подробности отправки меня в командировки. Признаюсь, девушка хохотала от души, особенно когда я изображал наших исправника и председателя.

А потом она посмотрела на небо и сказала решительно:

– Покажите-ка ваш револьвер! – осмотрела его внимательно и сказала: – До захода ещё пара часов, пойдёмте-ка за околицу, и я вас хоть немного стрелять научу! Патроны у меня есть, пару десятков вам на это дело выделю!

Я согласился, и спросил, боясь показаться невежливым:

– Вы простите, но я так и не знаю, с кем имею честь…

– Ирина Викторовна Трунова, – ответила девушка.

И огорошила меня, сообщив: – Я изыскатель!

Чтобы вы понимали, в этом мире изыскатели были ничем не меньше по статусу, чем стрелки и охотники, а может, и более. Они мало того, что передвигались где хотели, так ещё и лезли во всякие места, куда даже самые отчаянные сорвиголовы идти боялись. И не просто лезли, но ещё и умудрялись возвращаться с сокровищами.

Кстати, стрелять оказалось не так уж и сложно. Намного сложнее попасть из револьвера в цель.