Онлайн-библиотека книг
В жизни не думал, что от ревности перед глазами может клубиться красная пелена.
И снова пил, упрямо отмахиваясь от Женьки, и других приставучих персонажей, пытающихся донести до него, что уже перебор, уже хватит. Все бесполезно. Огонь злости, остервенелой ревности полыхал в груди, заставляя забывать обо всем на свете. Тогда он искренне верил, что запросто сможет вышвырнуть Русину из своей жизни.
Какой же все-таки кретин.
С трудом вспомнил, как чуть не подрался с каким-то мужиком, как Измайлов с другими парнями растаскивали их по разным углам.
Тревога усиливалась по мере того, как память упрямо не хотела выдавать, как он помирился со Златой. Он ей звонил? Она сама вернулась за ним, в надежде достучаться? Или он сам все-таки поехал?
Темнота, и ни одного просвета. Это же надо было так нажраться!
Тревога уже не просто клубилась где-то внутри, она обволакивала все его существо, кричала, рвала душу когтями.
Как он помирился со Златой? Как? Хотя бы намек…
Все больше росла уверенность, что что-то неправильно, что-то не так.
Что? Что твою мать, не так?
И тут до него дошло.
…Запах. Чужой, чуть сладковатый, с резкими нотками, пряным налетом, оседающим на языке. Злата так не пахла.
Резко отстранившись, попытался нащупать кнопку рядом с кроватью. Рука наткнулась на небрежно брошенные часы, на какую-то шелестящую бумагу, на книгу и еще не пойми на что, прежде чем пальцы коснулись выключателя.
Вспышка света показалась ядерным взрывом. Удар по глазам, так что виски скрутило от боли, а желудок подскочил, едва не распрощавшись со своим содержимым.
Ни черта он не дома. В баре, на втором этаже. В комнате отдыха, которую они с Измайловым оборудовали, на тот случай, если доведется заночевать.
Довелось. Заночевал.
Он проглотил ледяной ком, вставший поперек горла, и обернулся через плечо.
— Твою мать…
Рядом с ним, свернувшись калачиком спала Люба.
