Пепел между нами

Иногда она разбавлялась неистовым, наигранным весельем, после которого становилось еще хуже. Иногда — вспышками ярости, и тогда мог сцепиться с кем угодно и плевать на последствия. Но чаще всего — серое болото.

— В общем, мне плевать, что там с твоим настроением. Но чтобы тридцать первого собрался и приехал. Понял? Мы в Абриколе будем.

Не отстанет ведь.

— Ладно.

— Спасибо за одолжение, — Женя криво усмехнулся, — ты настоящий друг.

— Угу, — кисло согласился Михаил.

В последнее время он действительно стал упырем и меньше всего подходил на роль лучшего друга.

С Измайловым теперь общались гораздо реже. Тот был практически женатым человеком — еще неделя и отправятся они с Анькой под венец. Так что там свои проблемы и хлопоты. Вдобавок Аня теперь была настроена категорически против их общения и самого Мишу иначе как «этот» не называла. Если видела — демонстративно отворачивалась и уходила, и Женьке мозг выносила, если вдруг тот проводил много времени в компании непутевого друга.

Да и сам Измайлов возмущенно называл его долболомом и никак не мог понять, как же можно было все так просрать.

Для него самого не существовало других женщин, кроме Ани, поэтому к проступку друга он относился резко отрицательно. Мозги лишний раз не компостировал, но и по взгляду было можно было прочесть все, что он думает об этой ситуации.

Краев уже смирился с тем, что как прежде уже никогда не будет, но иногда накрывало. Становилось горько до тошноты, и каменная плита, неизменно лежащая на сердце, казалась совсем неподъемной.

Тридцать первого идти никуда не хотелось. Краев подумывал, а не уехать ли к родителям. Посидеть с ними за столом, пожевать оливье и селедку под шубой, закусывая мандаринами, под бой открыть курантов шампанское, а потом лечь спать.

Но у родителей в этом году оказались свои планы, и перед ним встал выбор. Или все-таки выйти в люди, или остаться дома, где не то, что елки, но даже гирлянды на окне нет.

В холодильнике было пусто, в голове тоже.

Он постоял на балконе наблюдая за тем, как народ уже начинает гулять, и, не почувствовав ровным счетом ничего, зашел обратно в комнату, не раздеваясь завалился на кровать и попытался заснуть, в надежде, что, когда проснется — хоть что-то в его жизни наладится.

К сожалению, Измайлов его стремления к уединению не оценил и продолжал то звонить, то забрасывать сообщениями.

Упырь, ты где?

Все собрались. Приходи.

Ты обещал!

И так далее, и тому подобное.