Пепел на обелиске

Устраивать пиратам настоящий террор, оставляя таких людей без присмотра, было опасно. Разведчики недаром слыли самыми опасными противниками для любого рода войск, любого сектора. Даже ушедшие на пенсию по состоянию здоровья. А если учесть, что самый безбашенный пилот имперского флота то и дело заглядывает Владу в рот, ожидая любой его команды, то в способности такой команды угнать любой корабль, Кудасов даже не сомневался.

Вот и теперь, стоило только разведчику завестись, и слегка повысить голос, как рыжий пилот, прихваченный графом с собой, что называется, для количества, моментально насторожился и, чуть сместившись на кресле снегохода в сторону, принялся внимательно следить за каждым движением охранников графа.

— Василий, вы так уверены способны справиться с кем-то из этих парней?

— Справиться, может и, не справлюсь. А вот помешать, сумею, — угрюмо проворчал рыжий.

— Угомонись, Вась. Драки не будет, — вздохнул разведчик, словно, сожалея.

— А может, рискнешь здоровьем? — не удержался от подначки Ремезов.

— Если только лично с тобой, — не остался в долгу Влад. — Только не уверен, что ты эту стычку переживешь.

— Уверенность в себе, это хорошо. Особенно, если она обоснована, — проговорил полковник, глядя куда-то в пространство.

— Ты ксеноса видел? — неожиданно спросил Влад.

— Ну, видел, и что? — не понял Ремезов.

— Рискнул бы с ним врукопашную сойтись?

— А с таким дрался. Сейчас, он командует пограничным флотом Ксены. До сих пор на морде шрам от моего ножа носит. Не веришь, можешь нашего гостя спросить.

— Это у тебя шутки такие? — растерялся Ремезов.

— Я же сказал, не веришь, спроси верховного, что сейчас в лаборатории сидит. Он как раз с флагмана этой эскадры, — ровным, ничего не выражающим голосом ответил разведчик.

— Я его видел, — вступил в разговор Василий. — Этот, со шрамом, мне орден и вручал.

Не ожидавший такого поворота Ремезов растеряно замолчал. Опытный боец, он отлично понимал, что одно дело, уметь быстро и качественно разбираться с пусть тренированным, но человеком, и совсем другое, выйти один на один с таким чудовищем. Для этого действительно нужно было обладать стальной выдержкой. Самому себе, полковник нехотя признался, что не рискнул бы так искушать судьбу.

В снегоходе повисла напряженное молчание.