Пепел

Только несколько человек, пока все дрыхли, продолжали бодрствовать, сидя у небольшого костерка, созданного одним взмахом глуповатого красавца.

— Я думала мы погибнем, — зябко произнесла Алиса. Она куталась в плащ, несмотря даже не то, что её щедро ласкал теплом пляшущий над травой волшебный огонек. — Мне впервые пришлось сражаться с тернитами и это оказалась так страшно.

— Да брось ты, — улыбался Эш. — С нами же сам Мервин Мочалка, Лари Криволапый, Мери Березка и Тулепс Меткий! Нет такого врага, которого они бы не повергли!

Алиса против воли хихикнула и глянула в сторону сопящих героев.

— И все же если бы не ты…

— Не стоит, — волшебник забил табаком трубку и, привычно щелкнув пальцами, высекая маленькую искорку, закурил. — Мне всего лишь повезло! Леди явно была обескуражена своим откровенным нарядом.

Жрица вновь не смогла сдержать улыбки, когда юноша комично заиграл бровями, превращая дым в явно обнаженную, танцующую леди. Алиса прижалась плечом к парню.

"Эш курил, смотря на темный свод. Наконец великому волшебнику это надоело, и он взмахнул рукой. Спустя пару секунд ветви затрещали и деревья гиганты словно разомкнули свои тесные объятья, обнажая ночное небо. Мириады звезд высыпали на черное покрывало, превратив его в прилавок какого-нибудь богатого ювелира.

Алиса никак это не прокомментировала. Жрице просто нравилось смотреть на хоровод мерцающих огоньков, танцующих вокруг своей королевы — прекрасной Миристаль. Ах, сколько песен сложено про путеводную звезду, а сколько еще сложат… Но ни одно слово, будь оно волшебным или нет, не смогло бы передать всю красоту ночной принцессы.

— Можно с тобой поговорить откровенно? — спросила Алиса.

— Конечно! — засмеялся юноша. — Я нем как могила. Или даже немее… ведь мертвые, если их поднимет некромант, могут и разболтать твои секреты.

Леди снова улыбнулась, накинула на голову край плаща, превращаясь в маленькую куколку и погладила словно мурлыкающий от удовольствия огонек. Он совсем не обжигал, наоборот, лоснился будто котенок, ласкаясь оранжевыми лепестками, охватывающими пальцы и ладонь.

— Ты знаешь, — наконец произнесла леди. — Я ведь не дурочка. Я все понимаю, но ничего не могу с собой поделать.