Пепел прошлого (СИ)

Это в твоем репертуаре — вылечить всех бесплодных и безнадежных мира сего? Заставить природу пересмотреть свои планы Да? Что это, Лиза, знаменитый "синдром Бога"?

— Я с тобой говорю серьезно, Дэн, еще раз позволишь себе заговорить со мной в таком тоне, особенно в присутствии детей и Були, то мы с тобой будем общаться исключительно по электронной почте. Ясно?

— Мани, — он попытался перехватить меня, но я выскользнула в гараж.

— Все, Дэн, я предупреждала тебя, что у всего есть границы, особенно у моей личной жизни! — открыв окно авто я выкрикнула последнюю порцию раздражения и выехала из гаража.

Ехала так быстро, как только могла. Открыла окна, чтобы мороз вытеснил все переживания из головы, освобождая место рабочим мыслям. Терпеть не могла, когда бытовые тяготы отражались на работе. Я уже привыкла к спокойному течению своей жизни. С чего все началось? С появления Макса или Дэна?

— Лизавета Сергеевна, — зашептала Маша, выхватывая у меня шубу, как только я вбежала в здание. — Вот.

Сменная обувь и халат. Они сидят в кабинете у Аркадия Львовича.

— Нет. Аркадий Львович сказал, что у Вас выходной.

— Какой выходной, если у меня сегодня три операции и две подсадки?

Маша пожала плечами. Какое-то странное напряжение поселилось в душе. Весь день пошел не так.

— Тук- тук! — накинув на плечи халат, просочилась в кабинет главврача.

— О! Лизавета Сергеевна, как хорошо, что Вы все-таки пришли, но, к величайшему сожалению, нам уже пора. Аркадий Львович Вам все объяснит, — абсолютно лысый, небольшого роста мужчина встал с деревянного стула и, скинув халат прямо на пол, поспешил выйти.

Сухонькая седая старушка выскользнула следом, даже не попрощавшись.

— Аркадий Львович, что… — в горле все пересохло. Взяла графин и отпила большой глоток воды прямо из него. — Что это значит?

— Пока сам не знаю, Лизонька, — старичок встал и, открыв окно, достал пачку Беломора и чиркнул спичкой. — А ты иди, рыбонька, работай. Работай…

Пошла в кабинет, чтобы переодеться, но постоянно сбивалась, улетая мыслями в маленький кабинет главврача.

Я всегда чувствовала неприятности кожей. Мурашки табунами ходили по телу, концентрируясь на макушке. Плюнув на бесполезное переодевание, снова натянула белый халат, который просто терпеть не могла и отправилась на обход. Ощущала себя растерянной. Все косились на меня и, как мне казалось, шептались за моей спиной.

— Киреева, ну и что это? — я вырвала из рук пациентки банан.