Пепельное небо

Да и Ближний Восток в сторонке не отсиделся, чего-то там огреб, уж и не знаю от кого. Европе же под шумок тоже с двух сторон прилетело. И от нас, и от США. Китай было под этой вывеской к нам наладился, благо что на этом фронте у нас и войск почти что не было. Но нарвались на ядерные фугасы, которые там вообще непонятно откуда взялись. Огребли они основательно, а тут и Индия в стороне не осталась, подкинула дровишек в общий костер. Правда, когда в ответ таким же поленом заполучила, совсем другие песни начались… Прилетело-то не только из Китая.

Словом, товарищ ты мой дорогой, нет больше никакой цивилизации. Как в анекдоте, помнишь?

— «Кто бросил валенок на пульт?»

— Ну да, что-то в этом роде.

— А со Штатами сейчас что происходит?

— Да черт их знает! Радио нет, интернеты всякие тоже все подохли… Может быть, и нет там уже ничего…

— Охренеть… А я тут, как в лесу, совсем почти ничего и не знал. Как же так вышло, что сюда ничего не прилетело?

— А что тут бомбить? Зону вашу? Так она, ежели уцелеет, похлеще всякой бомбы станет.

Да, собственно говоря, так ведь и вышло. Вырвались эти архаровцы на волю, теперь их назад уже и не загнать. Я так понимаю, что глава этот, чтоб ему на том свете поперхнуться, пораскинул головой да и решил их на свою сторону переманить. Власти-то центральной теперь нет, и неизвестно, будет ли вообще. Вот он себе личную гвардию и создает.

— Царьком стать решил?

— Похоже… А относительно бомбежек не обольщайся. Время от времени что-то иногда бахает, откуда-то ведь оно прилетает?

— Вот даже как… А армия что?

— Откуда мне знать? Тут частей мало было, связисты какие-то, еще кто-то… Сила реальная у внутренних войск была да у полиции.

А как бардак начался, все и рванули кто куда. Часть срочников по домам рванула, часть вообще разбежалась неведомо в какие края. А полиция… вон они, — кивнул прапорщик в сторону улицы. В тусклом свете, падавшем с улицы, я уже немного различал его фигуру и мог видеть некоторые движения.

— Нету ее больше, вся тут.

— Домой я шел… да вот не дошел, как видишь.

— Ранен, оттого и на месте сижу. Ноги у меня прострелены, ходить не могу. Сюда — и то, еле дополз, думал, что уже все — отпрыгался.

— Оп-па… что ж ты сразу-то не сказал? Что там у тебя, давай, гляну. Приходилось мне со всякими ранениями работать..

— Мне тоже. Так что сразу тебе скажу — неча тут ловить. Гангрена у меня, уже выше паха пошло.

Молча присаживаюсь на пол. Да… тут ловить уже нечего. Ананьев тоже молчит. Потом что-то булькает.