Куяба – это Кузя, маленький чистый Кузнечик, бесхитростная чистая душа с крылышками, что любит его по-детски преданно и верно… а также Светлана и все то, что он старается забыть, отодвинуть, похоронить в глубинах своей темной и недоброй души.
– А Вантит, – уточнил он, – не желает у себя?
Хугилай нахмурился.
– Нет. Как и Славия. Те, как и Вантит, тоже темнят, скрытничают.
– Чего?
Хугилай развел руками.
– У Славии тьма народу, дальних ее границ не знаем. В любой момент могут набрать огромную армию. Люди там могучие и неприхотливые, а изнеженный Вантит силен в торговле и ремеслах, добротное войско хоть содержать не желает, лишние расходы, дескать, но может быстро нанять со стороны.
– Рискует, – пробормотал Мрак. – Оба рискуют."
"– Не очень, – ответил Хугилай, лицо стало очень серьезным и застыло, словно вырубленное из камня. – В Славии многовато болот, чужая армия завязнет, а Вантит неплохо огражден горными цепями да широкими и глубокими реками… Для вторжения доступнее всех Артания, сплошная степь, но там каждый рождается на коне, любой мужчина – воин, сами грезят походами на богатых и толстых соседей.
Мрак повозился, вздохнул.
– А правители Вантита, Славии и Артании вот так сразу и согласились?
Хугилай взглянул с великим уважением, даже припоклонился, широко расставив руки, словно проплывающая над городом большая птица.
– Ваше Величество, – произнес он важным голосом, – глядит сразу вглыбь! Да, всякий хотел принять такой съезд тцарей. Честь для хозяев, признание величия…
Мрак буркнул с недоверием:
– Это Куявию такой признали?
Хугилай воскликнул с укором:
– Ваше Величество, ее бы ни за что! Куявия всем соперник и бревно в глазу.
Скорее, выбрали бы какую-то мелочь вроде Чегодайниса или Брендера, вы о них даже и не слыхали…
– Или Барбуса, – подсказал Мрак с невеселостью.
Хугилай зыркнул на него исподлобья, но чуть наклонил голову, словно собирался боднуть самого тцара.
– Или Барбуса, – повторил он ровным голосом. – Но Куявией, как вы наверняка мудро заметили, сейчас временно правит женщина…
– Понял, – прервал Мрак.
– Хоть уже не временно, но какой из женщины правитель? Потому эти земли как бы ничьи.
– Вот-вот, – сказал Хугилай с некоторым торжеством. – Вы, Ваше Величество, прямо в глаз, хотя могли бы в бровь, с такими кулаками все одно голова треснет, как спелый кавун. Все мужчины уверены, что на троне должен быть самец!.. Даже в Куявии о таком, где шепчутся, а где и в голос. Глас народа бревном не перешибешь!
Мрак нахмурился.
