– Придуши ее маленько, если очухается.
Сутулый, плотоядно облизываясь, оглядел Кристину, снял автомат, положил на стол, начал снимать штаны. Кристина зашевелилась, и села, глядя на него в упор.
– Гля, очнулась! – сказал бандит, продолжая раздеваться. – Подожди, не ори, все будет хорошо… а будешь кочевряжиться – пристрелю!
– Дядь, – похлопал его ладошкой по спине Стас. – Посмотри-ка сюда.
– Тебе чего? – оглянулся парень.
Стас дернул его за рукав, чтобы тот повернулся, и изо всей силы ударил ногой в пах. Сутулый издал сиплый возглас: ух! – скорчился, глаза его закатились, и он упал.
Сжав кулаки, побледнев так, что живыми на лице остались только глаза, Стас ждал, готовый ударить насильника еще раз, но этого не потребовалось: парень потерял сознание.
– А дальше что? – шепотом произнесла Кристина, такая же бледная, как и мальчишка.
– Надо уходить, – очнулся Стас, сразу повзрослев. – Стрелять умеешь? Возьмем его автомат.
Кристина с отвращением глянула на автомат с укороченным стволом, без приклада.
– Нет, я не хочу.
– Тогда возьму я. – Стас умело снял и защелкнул на место магазин автомата, передернул затвор, повесил его на грудь и подошел к двери. Оглянулся, глядя исподлобья, не по-детски серьезный и сосредоточенный. – Нам только на палубу выбраться, там мы что-нибудь придумаем.
Мальчишка распахнул дверь и наткнулся на шагнувшего в каюту прихрамывающего мужчину с сединой в волосах, одетого в дорожный костюм – таскер. Он ловко сдернул со Стаса автомат, подтолкнул его стволом на середину каюты, мельком глянул на лежащего у кровати долговязого любителя женщин и закрыл за собой дверь.
– Сядьте, – сказал он негромко. – И успокойтесь. Шансов на побегу вас все равно не было. Кто вы?
– Будто не знаете, – огрызнулся покрасневший до слез мальчишка, обнимая Кристину за талию.
Вошедший внимательно глянул на живот женщины, перевел взгляд на ее лицо, нахмурился:
– Кто вы?
– Зачем это вам? – с горечью спросила Кристина. – Сначала вы стреляете из «глушака», хватаете, увозите, а потом спрашиваете, кто мы?
– Меня прислали сюда недавно, и я не знал, кого придется стеречь.
Но я вас где-то видел…
– Соболевы мы, – буркнул Стас, усаживая Кристину на стул. – Я сын, она жена.
Седой вздрогнул, внимательно разглядывая обоих:
– Не Матвея ли Соболева родственники?
Пленники не ответили, держась друг задруга. Шевченко – это был он – прошел на середину каюты, сел на другой привинченный к полу стул, поставив автомат между ног, задумался.
