Перехват

 – Ты же сам сказал – ядовитая! Ты же сам ее душил и потом в речку выбросил!

– Я ее не душил, живой выбросил – пусть плывет.

– Зачем же ты меня пугал и дорогое лекарство переводил?

– А затем, что ты заладил свое: змея ядовитая, нога немеет и все такое. Ну разве ты бы поверил, если б я стал говорить, что змея не ядовитая?

– Ну, я бы понял по твоему лицу…

– Ночью, с выпученными от страха глазами? Нет, Рем, я дал тебе перепугаться по самое не могу, а потом вколол сыворотку. Тебя с нее слегка поколбасило, а потом наступило чудесное исцеление, и вопрос закрыли.

– Вот ты урод, Фредди…

– Почему это? Потому, что не пытался вразумить тебя тогда?

– Нет, тогда ты сделал все правильно, но из-за того, что сейчас все это рассказал, вот из-за этого ты урод.

Дойдя до кустарника, они остановились и еще раз оглядели окрестности. До города было километров двадцать, до грунтовки, с которой свернули, – триста метров.

– Не слишком близко? – спросил Фред.

– Нет, в самый раз.

– И бу-хать, бу-хать, бу-хать! – с воодушевлением произнес Фред и, отбросив ветку, в предвкушении потер ладони. – Пойдем кустики вязать, стянем шатер, чтобы машинку сверху никто не заметил, и предадимся полноценному отдыху.

– Пойдем, приятель, пора уже закончить этот длинный день. Я, кстати, сунул в коробку те две баночки каперсов, хоть тебе и не понравились из-за гвоздики.

– Ну и правильно сделал. Я-то надеялся других каперсов во Фрунтоне купить, но теперь сгодятся любые.

– Каперсы под ром – это хорошо, – с чувством произнес Рем, нагибая ветви кустарника и придерживая, пока Фред вязал их кусками найденной проволоки.

– Под черный ром – в самый раз. Но вот белый, извини, я люблю под моллюсков.

– Белый и я под моллюсков люблю, – согласился Рем, сдерживая вздох. – Но я люблю, чтобы моллюск был речной и в маринаде.

– Можно и так, но, если честно, я речного от озерного не отличаю.

Агент лежал на жестком медицинском топчане и тяжело дышал. Рядом стоял врач, но ничего не делал, только смотрел на мучения пациента, сцепив руки на животе.

Вошел капитан Гвал и, выждав небольшую паузу, спросил:

– Что с ним, доктор?

– Теперь уже ничего, капитан. У него был шок после попадания в тело двух пуль.

– Двух пуль?! Он только что говорил со мной по радио!..