Перекресток трех дорог

И по-прежнему в деле. Старший Виктор до самой смерти Арнольда был его преданным слугой и охранником. И на ножах с нынешним Петуней Орджоникидзе, которого на воровской сходке лоббировал наш покойный Миша Алтайский.

– Вы хотите сказать, что эти двое – братья Гуси и есть те самые, которые убили Алтайского? – спросил Макар.

– Машину брали в аренду, она мелькала в Борках и у Москвы-реки у дома Алтайского. Они уголовники. Это такой след. – Полковник Гущин покачал головой. – А вы говорите маньяк… какой маньяк… Тут такой след перед нами вырисовывается.

Впервые за эти дни нечто осязаемое, реальное и достижимое.

И он достал мобильный и начал сыпать ЦУ направо и налево из своей «каморки» с санитайзерами – до тех пор, пока его телефон буквально не раскалился.

Братьев Гусевых еще предстояло разыскать, но полковник Гущин не сомневался, что в конце концов это удастся. Последующие несколько часов оперативники Главка по его указаниям поднимали в базах данных все дела, по которым прямо или косвенно проходили Гуси, изучали все их контакты за последние годы и адреса, где Гуси появлялись то там, то здесь.

Искали людей, через которых на них можно было бы выйти негласно, поднимали все агентурные данные.

Клавдий Мамонтов наблюдал и думал, что только полковник Гущин может сделать все так быстро, отлаженно, заставить всех пахать для достижения намеченной цели. И пусть что-то неладно с его нынешним психическим здоровьем и фобиями, что терзают его, как гарпии, однако на профессионализме полковника это не сказывается.

Когда он целиком поглощен работой, он словно прежний. Ну, почти, как прежний…

Все материалы для Гущина Клавдий Мамонтов забирал у оперов, прибегавших из криминального управления с рапортами, справками и отчетами, словно у курьеров: во дворе у двери в «каморку», не пуская их внутрь. Главные документы шли по электронке, оперативная информация по видеозвонкам.

Во двор вышел Макар. Глянул на здание Главка, на окна.

– Нет. – Клавдий Мамонтов не спросил его, кого он имеет в виду.

Катю они между собой по имени называли редко, словно не хотели ее делить. Однако отлично друг друга понимали с полуслова. – Гущин мне сказал, что ее сейчас вообще в Главке нет. Она другими делами занята. В командировке в области.

– Мало ли что он сказал. – Макар повернулся. – Не заливай мне, что сам туда не ходил проверить. А может, она там? Четвертый этаж…

– Нет. Я не ходил. А ты даже этаж знаешь? – Клавдий Мамонтов глядел на Макара в упор. – Надо же. Интересно.