Переспать на удачу (СИ)

Майя только вздыхала:

- Ты понимаешь, я хочу сказать да, но...но... почему-то язык не поворачивается...

- Но ты хочешь сказать да?

Женщина посмотрела на него по-детски беспомощно и честно ответила:

- Ох-хо-хо... Очередной диагноз...

- Опять те же самые грабли... Когда ж ты научишься брать быка за вымя? Значит так, будем действовать старым добрым методом. Пусть попросит твоей руки у... Кхммм... А родители-то твои уже умерли... О! Нашел! Пусть попросит твоей руки у Сергея! Да.

Он смотрел, как на лице Майи напряжение сменяется облегчением, и не мог не улыбнуться.

А заодно решил озвучить очередную мудрую мысль, созревшую в его аналитическом мозгу:

- Я тут подумал, Майя Михайловна, что все люди, если выразиться образно, по двоичной системе делятся на нули и палочки, причем, как правило, у каждой палочки есть свой, только для нее предназначенный ноль. Нули - они нули, нули пустые и круглые, их катает по жизни до тех пор, пока не прислонит куда-нибудь. А палочки - единички. Палочки - они самодостаточные, они стоят по жизни ровно, их не перешибить никакими невзгодами, на них опираются другие.

И, конечно же, они просто необходимы нулям. Но! Палочки тоже одиноки и несчастны без своих нулей. Вот и выходит, что поодиночке они ноль и единица, а попробуй прислонить нолик к единичке - вместе уже десять. А десять - это в десять раз больше! Так что, единичка ты наша скромная, радуйся, твой нолик наконец-то до тебя добрался.

Конечно, теорию можно было развивать, например если встретятся два нуля, то результат будет нулевой, а если две единицы, то, как ни странно, результат будет не одиннадцать, а всего два.

Парадокс. Получается, что сочетание нуля и единицы дает наивысший результат. Рудинский пришел к выводу, что эту тему стоит исследовать поглубже. Потому как, смех смехом, а ведь все правда.

Отношения отца и сына немного изменились с тех пор, как мама Майя, наконец, приняла ухаживания папы Владика. Сначала Сергей проявлял некоторую ревность. Непросто признать права другого мужчины на женщину, которая всегда была безраздельно твоей, пусть даже это твоя мама.

Однако и этот момент прошли относительно безболезненно.

Особенно после того, как Влад официально попросил у Сергея руки его матери. Сын рассмеялся, покачал головой, но отец был совершенно серьезен и ждал его ответа напряженно. Сережа вздохнул и задал вопрос:

- Ты у нее-то спросил?

- Да, но мне нужно твое благословение. Ей нужно. Очень.

- Ох... Все у вас не как у людей... Ну, благословляю.