Готовить Кате на постояльцев помогали все бойцы команды по очереди, в том числе и сам Ухватов, поэтому ничего зазорного в том не было, что он встал раньше всех и занялся кухней.
Через полчаса поднялась хозяйка, выгнала майора с кухни.
– Сама справлюсь, приготовлю яичницу, кашу и чай.
Ухватов не возражал. Разбудил Чука, сообщил ему о получении приказа.
Сержант обрадовался не меньше:
– Я уж думал, так и просидим здесь до Нового года! Только Лавру жалко, красивая обитель, мы всю её территорию изучили по картинкам.
– Никто и не собирается стрелять по церквям.
– А что? Было бы здорово запустить туда всю эту забугорную погань и сбросить на них бомбу! Даже не атомную, хватило бы и «объёмки».
Ухватов в душе согласился с мнением Чука, «объёмкой» называли боеприпас объёмного взрыва, по мощности сравнимый с ядерной бомбой, хотя и не оставляющий радиации. Но майор точно знал, что никто не отдаст приказ уничтожить такой древний православный комплекс, как Лавра. Каким бы червем коррупции ни был источен механизм Министерства обороны России, разрушать памятники старины, как это делали боевики «Исламского государства», оно бы не позволило.
В восемь позавтракали овсяной кашей и яичницей с салом. Сообщили хозяйке о скором убытии. И хотя она не подала виду, Ухватов чувствовал, что женщина вздохнула с облегчением, устав от присутствия в доме восьмерых мужиков.
В девять Ухватов собрал группу в горнице.
– У кого какие соображения, как будем добираться до Киева?
– Можно снова на почтовом драндулете, – предложил Шинкарь.
– Поллитрыч не откажет.
– Ещё идеи?"
"Бойцы начали переглядываться, и в этот момент на улице, напротив дома, остановился пятнистый американский «Хаммер». Возбудились окрестные собаки. Хлопнули дверцы бронеавтомобиля, из кабины выбрались два пассажира в чёрных мундирах, с бурыми беретами на головах. Первый ударом ноги распахнул калитку, двинулся к дому.
– Михайло! – побледнела Екатерина, выглянув в окно.
Бойцы вскочили со своих мест.
– Кто? – спросил Ухватов, медля принимать решение.
– Муж… бывший…
– Можете спровадить его?
– Попробую. – Екатерина бросилась в сени.
– Исчезли! – скомандовал Ухватов, сгребая посуду со стола в скатерть и зашвыривая узел в ещё не остывшую печь.
Бойцы бросились врассыпную, прячась кто где мог, за печью и по углам спальни.
Послышались голоса, смех, стук, в горницу вошёл плечистый молодой мужик с чёлочкой, выбившейся из-под берета.
