Если б не его неосторожное движение, Сергей ничего не заметил бы.
– И в интернате Дашку всегда хвалили, – с гордостью продолжала Белоусова. – Это она в меня такая старательная!
– У вас остались контакты ее учителей? – спросил Илюшин.
Он записал телефоны и адрес интерната и вернулся к тому дню, когда исчезла Даша.
Было ли что-то подозрительное в ее поведении? С кем она могла обсуждать свой отъезд? С кем из братьев-сестер Даша стала бы списываться или созваниваться, если ей потребовалась бы помощь?
На все эти вопросы Людмила отвечала невразумительно.
– У вас есть какое-то объяснение ее поступку? – спросил наконец Макар."
"– Тихушница она! – осуждающе сказала Белоусова. – Скрытная, ничего про нее не узнаешь! Я думаю, она работать устроилась в Москву, место хорошее нашла. А семью, значит, побоку! Выкинула из головы, бессовестная!
– Кем устроилась? – не выдержал Бабкин.
Женщина пожала плечами. На ее лице было написано, что они ей до смерти наскучили.
Когда они выходили из кухни, за дверью уже никого не было. Бабкин покосился на окна: нет, никто не провожал их.
Сев в машину, он буркнул:
– Я не понял, отчего старшие вскинулись при нашем появлении. Как будто им есть что скрывать. А потом хоп – и смылись.
– Не жил ты с такой матерью как Белоусова, – сказал Илюшин таким тоном, словно сам провел в многодетной семье все детство.
– Поясни!
– Они испугались, что она привела в дом потенциального хахаля.
– Двоих, что ли, сразу? – не поверил Сергей.
– Зачем! Одного. Но с дружком. Они и вышли нам навстречу как самые старшие. Разведывательный отряд. Убедились, что от нас не исходит никакой угрозы, и исчезли. Сестра и ее судьба их не волнует. Они не имеют отношения к ее побегу, иначе дождались бы конца разговора.
Сыщики отъехали от дома. Визит к Белоусовым произвел на Бабкина тягостное впечатление. Некоторое время он молчал, изредка сверяясь с навигатором.
– Слушай, на кой черт она столько детей нарожала? – не выдержал он, когда до интерната оставалось десять минут.
– Понятия не имею. Какая разница?
– Просто интересно…
– Старших она по-своему любила и даже заботилась, – сказал Макар. – А потом устала. Надоели.
– Да как такое может быть!
– Ты как будто в первый раз видишь семью, где взрослым начхать на собственных отпрысков.
– Но не с таким же количеством детей!
Илюшин пожал плечами:
– Она глупая эгоистичная женщина.
