Но Пруссия умеет постоять за себя…
* * *Курьеры из Вены еще не доскакали до Петербурга, а Фридрих уже стоял во главе колонны в 56000 своих ветеранов. Ему подвели боевого коня. Он легко вскочил в седло и помчался вдоль рядов своих гренадер:
– Здорово, ребята! Нам опять нашлась веселая работенка!
– Фриц! – кричали солдаты. – Фриц, только веди нас сам, а мы готовы на все…
– Вступить в Саксонию! – приказал король, и Европа вздрогнула от топота и ржанья прусских лошадей. – Чего я хочу? – объяснил король.
– Только одного: выгодно и немедленно упредить противника нападением. Все остальное – философия!
Вольтер, прослышав о войне, переслал Фридриху послание в стихах, где упрекал короля в том, что тот променял жезл мудреца на меч завоевателя. Фридрих тут же – из боевого седла! – отвечал Вольтеру (тоже в стихах), что в этой войне он не виноват: король поднимает свой меч, лишь повинуясь голосу судьбы…
Блицкриг
Была боль, и был крик от этой боли. Фридрих сам признал впоследствии: «Вся Европа содрогнулась от вопля боли саксонцев!» Боль Европы была нестерпима…
Огонь и меч.
Быстрота и натиск. Кровь и пожары.
Тремя колоннами, царапая зеленую землю, прусская армия стремительно вторглась в чужие просторы. Топча молодые посевы, неслась через поля кавалерия злобного карлика Циттена; дубовыми лесами, прыгая через звенящие ручьи, сочилась ловкая пехота Бевернского герцога; ужас объял беззащитную Саксонию, которая едва успела собрать под ружье 17 000 своих юношей…
По ровным аллеям Европы, обсаженным древними тополями, лязгающие стременами эшелоны прусской конницы рвались за Эльбу: мотая гривами, сильные жеребцы выносили всадников – в звоне и в брызгах – на другой берег.
– Не давайте миру опомниться! – ликовал Фридрих, вертясь в седле. – Ломайте заборы границ, ищите простор… простор…
Так началась война (без объявления войны). Король скорым маршем гнал свои армии вперед. Это была тактика «блицкрига», молниеносной войны, – тактика, подхваченная и развитая через столетия Адольфом Гитлером и его генералитетом.
* * *Саксонско-польский король Август III со своим канцлером Брюлем искал спасения в поспешном бегстве. Их прикрывала армия под жезлом маршала Рутовского. Бежал король столь скоро, что забыл в Дрездене свою жену-королеву с детьми (но зато успел захватить знаменитый бриллиант зеленого цвета). Рутовский же забыл провиант для армии: его 17 000 солдат остались без провизии.
