Перри Мейсон: Дело о рисковой вдове. Дело о сумочке вымогательницы

 – Не хочу ставить под сомнение компетентность полиции, но ее сотрудники иногда действуют с предубеждением.

– Суд назначит собственного эксперта, – объявил судья Саммервил. – Суд объявляет перерыв на десять минут, в течение которых свяжется со специалистом по дактилоскопии для определения, можно ли снять отпечатки пальцев с этого чека. Все это время чек будет находиться у судебного исполнителя. Я предлагаю проткнуть чек булавкой и прикасаться руками только к ней, чтобы отпечатки пальцев, если они вообще остались на чеке, не были стерты.

Словами «если они вообще остались» судья выразил свое неудовольствие тем, что полиция не придала особого значения вещественному доказательству в то время, когда имелось больше шансов на выявление отпечатков.

Судья Саммервил удалился в свой кабинет, Мэдфорд шепотом принялся совещаться с сержантом Дорсетом и лейтенантом Трэггом. Дорсет, несомненно, был в ярости и страшно недоволен. Трэгг, напротив, казался удивленным и осторожным.

К Мейсону подошли Пол Дрейк и Делла Стрит.

– Похоже на удачу, – заметил Дрейк.

– Давно пора, – ответил Мейсон. – Нам слишком долго не везло. Дело было просто заколдованным.

– Но что означает этот чек, Перри?

– Честно говоря, понятия не имею. Полагаю, нет никаких сомнений, что надпись на корешке сделана рукой Фолкнера.

– Графолог должен подтвердить это под присягой, – ответил Дрейк.

– Хороший специалист?

– Не могу понять, зачем человеку понадобилось заполнять корешок чека, а сам чек вырывать, – сказала Делла Стрит. – Конечно, Фолкнер был способен на все.

Возможно, он хотел, чтобы все выглядело так, будто он действительно дал Тому Гридли чек на тысячу долларов.

– Не было бы никакой разницы, если б он выдал ему даже двадцать таких чеков. Деньги считались бы выплаченными только в том случае, если бы Гридли действительно получил их. Дело значительно серьезней, чем может показаться, и я упустил что-то очень важное.

– Есть еще новость, Перри, – сказал Пол Дрейк. – Не знаю, поможет ли она тебе, но я выяснил, что в день убийства, примерно в восемь тридцать кто-то звонил Тому Гридли.

Сказал, что по делу, но имени не назвал. Сказал, что хотел бы задать один-два простых вопроса. Потом этот человек заявил, что знает о финансовых разногласиях между Томом Гридли и Харрингтоном Фолкнером и о том, что Фолкнер предложил выплатить Тому семьсот пятьдесят долларов в качестве платы за изобретение.

Взгляд Мейсона свидетельствовал о его полной сосредоточенности.

– Продолжай, Пол.