— Ваша подруга, Сара Энсел, переметнулась на другую сторону и выступила против вас.
— Но ведь теперь она опять на моей стороне.
— Откуда вы знаете?
— Она мне звонила.
— Вам разрешили поговорить по телефону?
— С ней — да.
— Телефонные разговоры прослушиваются, — сердито сказал Мейсон. — Что она сказала?
— Только что она усомнилась во мне, настроилась против меня и рассказала полиции все, что знала, и еще массу вещей, которые не знала достоверно, а потом она начала все обдумывать, и ей стало стыдно.
— Она сообщила полиции, что видела, как вы выкопали яму и закопали какие-то яды, — сказал Мейсон.
Мирна Дейвенпорт подняла глаза на Мейсона. На мгновение там явственно появилась паника.
— Она рассказала об этом полиции?
Мейсон кивнул. Мирна сложила руки на коленях, какое-то время смотрела на них, потом сказала:
— Да, конечно, у нее были причины, чтобы усомниться во мне.
— Вы упаковывали чемодан мужу, когда он собирался в командировки?
— Да.
— Он брал с собой конфеты?
— Да, всегда.
— Вы сами покупали эти конфеты?
— Да.
— Конфеты, которые лежали у него в чемодане, были отравлены.
— Я знаю. Мне это сказали.
— Вы добавили в них яд?
— Нет.
— А кто?
— Я не знаю.
— Вы жили в доме в Парадайсе?
— Да.
— А после того, как ваш дядя Уильям Делано заболел, вы переехали жить к нему?
— Да.
— А ваш муж?
— Большую часть времени он проводил в Парадайсе, но иногда приезжал нас проведать.
— Вашему мужу не нравилось, что вы переехали в Лос-Анджелес?
— Нет.
— Почему?
— Он говорил, что я позволяю нагружать себя тяжелой работой и фактически работаю сиделкой, а когда дядя Уильям умрет, мне ничего не достанется.
— Почему он так считал?
— Он думал, что все наследство достанется Гортензии. Даже после того, как она умерла, Эд не хотел, чтобы я там оставалась. Ему не нравилась тетя Сара. Почему-то Эд думал, что тете Саре удастся каким-то образом отхватить большую часть денег.
— Она вполне может их получить, если вам будет вынесен обвинительный приговор за убийство Гортензии Пэкстон, — пояснил Мейсон.
— Такие у нас законы.
— Я не убивала Горти. Я ее любила.
— Ваш муж так и не переехал в дом в Лос-Анджелесе?
— Он не переезжал, пока не умер дядя Уильям. После этого он приехал. Но, конечно, много его вещей осталось в Парадайсе. Он превратил дом в офис. Оттуда ему было проще управлять своим бизнесом по разработке месторождений.
— Вы упаковывали ему чемоданы, — снова вернулся к этой теме Мейсон.
